Книга Запретная цель, страница 61 – Лана Гриц

— Ты предал их?

— Я выбрал жить, — отвечает Леонид. — Они убили бы меня еще до суда. Поэтому я выбрал себя.

Я резко дергаюсь, увожу локоть назад. Удар и один из амбалов не успевает среагировать. Второму резко и жестко бью в колено. Он валится.

Я разворачиваюсь и бью точно. Тело работает само. Годы. Навыки. Злость.

Краем глаза в темноте замечаю движение, и в следующую секунду нас оглушают крики.

— Работает группа! Лежать! Лежать, я сказал!

Из темноты вылетают черные фигуры в масках и с оружием. Парни работают четко и слажено. Один из бойцов хватает Машу, закрывает ее собой, уводит в сторону.

Правильно. Так я и приказал.

Альберт дергается, пытается поднять пистолет, но уже поздно. Его валят на землю.

— Руки! За спину!

Он еще что-то кричит про брата, про предательство. Но никто его не слушает.

Я добиваю второго мужика, что держал меня. Заламываю ему руки, фиксирую и передаю своему человеку.

Я поднимаюсь и оглядываюсь. Контроль взят. Все на земле.

Решительно направляюсь к Маше. Шум вокруг еще не стих, раздаются команды, рации, шаги, щелчки наручников. Но все это остается фоном.

Есть только она.

Маша стоит, обнимая себя руками и испуганно наблюдает за работой моих парней.

Я подхожу ближе.

— Все, — говорю тихо.

Она кивает, но губы дрожат.

— Все? — переспрашивает.

Я тянусь к ней, провожу пальцами по щеке.

— Все, — повторяю я.

И в этот момент она делает шаг и врезается в меня, обхватывает руками, утыкается лицом в грудь.

Я крепко обнимаю ее в ответ. Чувствую, как она дрожит.

— Я думала… Я думала, он тебя…

— Т-ш-ш, — прижимаю ее сильнее. — Я здесь.

Она отстраняется и медленно поднимает голову. Ловлю ее взгляд, провожу большим пальцем по ее губе. Стираю с ее щеки свою кровь.

Хотелось сделать это еще в квартире, когда она сидела на мне, когда она искала поддержки и утешения. С трудом тогда ушел, понял, что больше не отпущу. Как пуля она засела в сердце.

Я наклоняюсь и целую ее. Без прелюдии, без узнавания, без разрешения. Целую ее губы жадно, глубоко засовываю свой язык.

Она отвечает сразу. Ее пальцы впиваются в мою шею, тянут ближе, и этот поцелуй становится резким и отчаянным, как доказательство того, что мы оба живы.

Что это не сон. Что мы вытащили друг друга из этого ада.

Я сжимаю ее сильнее, она выдыхает мне в губы.

— Ты скажешь мне «да»? — шепчу, прикусывая ее нижнюю губу.

Она замирает, а потом кивает сквозь проступившие слезы.

ГЛАВА 38.

Маша

После задержания Кардинала Сергей привозит меня в управление.

Он сидит на стуле, я стою перед ним. Еще пару часов назад мы стояли на свалке, находясь между жизнью и смертью, а сейчас я держу в руках ватный диск, пропитанный антисептиком, и аккуратно обрабатываю его разбитую губу.

— Не нужно мне ничего, — бурчит он, но не отстраняется. — До свадьбы заживет.

Я замираю на секунду, смотрю в его красивые глаза. И у него в глазах это... то самое. От чего у меня внутри все сбивается.

— Сиди ровно, — тихо говорю я, стараясь звучать строго.

Получается не очень, он улыбается. Ему нравится наблюдать, как я пытаюсь держаться.

Я снова смотрю на его губу, осторожно провожу по ране ватой. Сергей чуть морщится.

— Больно?

— Нет, — отвечает сразу.

И в следующую секунду его рука оказывается у меня на бедре. Я вздрагиваю.