Книга Запретная цель, страница 52 – Лана Гриц

Я быстро делаю снимок. Вот оно, лицо, которое мы искали. В одно движение отправляю своим ребятам через защищенный канал.

«Это он?».

Если подтвердят, что именно Кардинал сейчас в больнице у Миши, то мы наконец будем знать, как он выглядит в реальности. Никаких догадок, только факты.

Я опускаюсь на край дивана, потираю колючий затылок.

— Больше не взламывай ничего сама, — говорю тихо, но с железной решимостью. — Иначе мне придется свидетельствовать против тебя в суде.

Она чуть наклоняет голову, улыбка появляется, глаза блестят.

— Тогда женись на мне, — шутливо говорит она. — Муж не обязан свидетельствовать против жены.

— Ага, смешно.

Она смотрит на меня серьезно, но с ноткой игры в глазах.

А фраза о браке висит в воздухе, словно маленький крючок, который готовится втянуть нас обоих в новые, неизвестные воды.

ГЛАВА 32.

Сергей

Я встаю с дивана и задерживаю взгляд на ее лице.

— Если мы поженимся, — говорю тихо, наблюдаю за ее реакцией.

Делаю еще полшага, теперь между нами почти нет расстояния.

— Ты никогда не получишь от меня развода.

Маша прищуривается и пытается понять: я серьезно или снова играю?

— Почему? — спрашивает она, глядя мне в глаза.

Я усмехаюсь краешком губ.

— Потому что у меня раз и навсегда, — замечаю, как она практически перестает дышать. — Ты готова?

Вот теперь она немного отступает назад, врезается поясницей в стол.

— Ого, — она нервно усмехается. — Мы уже так далеко зашли? Быстро как-то!

Она пытается перевести все в шутку, спрятаться. Но я не позволяю. Я заключаю ее в мягкую ловушку, своим телом ограждаю ее от комнаты.

Я поднимаю руку, касаюсь ее лица. Она замирает. Моя ладонь ложится на ее щеку. Я медленно провожу большим пальцем по ее коже.

Шелк.

Черт…

Она не отводит взгляда, ее глаза такие глубокие, как океан. Как будто в них можно провалиться и не выбраться.

Я смотрю на ее губы, и в голове возникает одна мысль.

Поцеловать.

Просто.

Взять и…

Я наклоняюсь, чувствую ее дыхание.

Ее губы – вишня.

Черт, как же хочется…

Не только поцеловать. Сорваться. Стереть эту дистанцию к чертовой матери.

Маша не двигается, только пальцы на моей футболке сжимаются.

Я почти касаюсь ее губ, как телефон вибрирует в кармане. Прошибает меня, как выстрел.

Я замираю в нескольких миллиметрах от ее губ, челюсть сжимается.

Черт бы вас всех побрал!

Чуть ли не рычу и медленно отрываюсь от нее.

Достаю телефон, открываю сообщение. Ответ пришел от Торпеды.

« Он. Сто процентов он».

Следом прилетает второе.

«Капитан, он только что вышел из палаты мальчика».

Я напрягаюсь.

— Что там, Сереж? — дрожащим голосом спрашивает Маша.

Я поднимаю на нее взгляд.

— Он был у Миши, да? Он к нему все же зашел? — шепчет она и ее начинает потряхивать.

Я киваю, а она бледнеет так, что мне на секунду становится не по себе.

Прилетает новое сообщение.

« Не трогаем. Ведём. Как ты сказал».

Правильно.

Я быстро набираю ответ.

«Хвост аккуратно. Без самодеятельности».

Отправляю, и только потом снова поднимаю глаза на Машу. Она стоит, обхватив себя руками.

— Маша, послушай меня, — она смотрит на меня глазами, которые быстро наполняются слезами. — Он тебя провоцирует. Он хочет, чтобы ты дернулась, чтобы ты сделала ошибку.

Она качает головой.

— Он не просто провоцирует… он…

Ее голос срывается, она закрывает глаза, и слезы скатываются по ее щекам.