Книга Запретная цель, страница 2 – Лана Гриц

Мария Токарева, двадцать пять.

Слишком молода, чтобы быть гением. И слишком спокойно себя ведет, если верить отчетам.

Я не верю отчетам, я верю своим инстинктам, а они пока молчат. Мне надо увидеть объект, тогда все станет понятно.

Кафе на углу – ее обычное место. Камеры показывают: приходит в одно и то же время, заказывает латте и круассан с шоколадной начинкой, а потом садится у окна. Она не прячется и не оглядывается.

Настолько она самоуверенна? Кто-то покровительствует ей?

Я занимаю позицию через дорогу. Витрина отражает улицу, но не меня. Старый трюк, но он всегда работает.

В поле зрения объект появляется ровно в десять ноль пять. Она идет по тротуару без охраны и без суеты. В синих обтягивающих джинсах, в желтой куртке и белых кроссовках, сумка на плече. Несмотря на яркие цвета в одежде, она не выглядит вызывающе. На ней нет ничего такого, что цепляет взгляд.

И все же я смотрю.

Она входит в кафе, что-то говорит бариста, а потом садится за столик, достает ноутбук с какими-то наклейками. Пальцы бегут по клавишам быстро и уверенно. Она не печатает, а работает. В этом есть разница. Я видел таких раньше. Люди, для которых экран – продолжение головы.

И это очень опасные люди.

Я отмечаю мелочи. Как она сидит, как держит спину, как иногда замирает, словно прислушивается. Это не привычка офисного планктона, это настороженность.

В следующую секунду Мария поднимает голову, и смотрит прямо на меня. Пролетает секунда, две, три.

Мы оба замираем, как два хищника, увидевшие друг друга на не завоеванной территории. Мир вокруг нас продолжает жить своей жизнью: люди в кафе ходят, мимо по улице проезжают машины. Одни мы остаемся неподвижными, словно нас поставили на паузу жизни.

Я не могу понять: она все же видит меня? Или просто наблюдает за бликами на стекле?

Она не меняется в лице, не отводит взгляд. Просто чуть приподнимает тонкую бровь и улыбается одним краем губ. И делает она это не для флирта, а для проверки.

Я не двигаюсь, и даже не моргаю.

Если она уверена – пусть думает, что ошиблась.

И через долгую минуту она возвращается к ноутбуку, но я уже знаю: она почувствовала.

В груди появляется такая тяжесть, которая предупреждает: дело будет грязным.

— Спокойно, — бурчу в тишину салона. — Ты видел и не таких.

Но таких, честно признаться, вижу редко.

Проходит десять минут, потом еще пять. Она закрывает ноутбук, закидывает сумку на плечо и встает. Перед выходом она снова смотрит в окно, и тихо, почти неразличимо, шевелит губами.

Я не слышу ее слов, но почему-то уверен, что они адресованы мне.

Мария выходит на улицу, осматривается по сторонам, а я вжимаюсь в сиденье машины, чувствуя, как внутри медленно натягивается струна.

Это не охота, это игра.

И я еще не знаю, кто в ней цель.

ГЛАВА 2.

Маша

Я влетаю в кафе, как ужаленная. Щеки горят от сегодняшнего холода, пальцы деревянные, почему осень не может наступать мягко? Почему еще вчера жарило солнце, а сегодня стоит такой дубак, что зубы клацают во рту?

А еще мой желудок предательски урчит, напоминая о том, что мне необходимо что-то в него закинуть.

— Латте и круассан с шоколадом, — бросаю бариста и даже не смотрю на цену. Только хочу пойти к свободному столику, как торможу. — Хотя нет. Давайте капучино с корицей и круассан с малиной.