Книга Язык за зубами, страница 63 – Анна Раф

Прочитав на лице понурившейся мамы разочарование и страх одиночества, Диана предложила:

— Может, лучше это ты со мной поедешь?

— В Москву? – уточнила мать. – Ну уж нет. Что мы там делать будем? У нас там ни жилья, ни связей.

— Но живут же как-то люди. – Мама не нашлась что ответить, и Диана сказала: – Я поеду, попробую там пристроиться, если получится, ты можешь ко мне приехать в любое время, а если не получится, я вернусь сюда, вот и всё. И ничего страшного со мной не случится, не переживай.

Мама ещё немного посетовала на выбор дочери, но уже беззлобно, скорее расстроенно. Она старательно пыталась скрыть, что просто не хочет оставаться одна, и всё это время надеялась, что дочь бросит свои попытки освоиться на новом месте, вернётся в родную гавань и больше никуда не поедет. Но Диана видела это притворство, за беспокойством и заботой скрывались эгоизм и личные страхи. Диана не осуждала её, стать таким человеком не было выбором этой настрадавшейся женщины, так же как родиться в нищете не было выбором Дианы.

Решив уйти от неприятных тем, мать и дочь приготовили простецкий ужин и сели обсуждать, что тут происходило, пока Дианы не было. Мама рассказывала далеко не такие захватывающие истории, как та, что недавно приключилась с дочерью, но Диана делал вид, что ей очень интересно. О том, в какой передряге она оказалась с Кириллом незадолго до приезда домой, девушка поведать так и не решилась, страшно было за мамины нервы, да и сплетней хотелось бы избежать.

Поздно вечером Диана стала готовиться ко сну. В её спальне была только одна узкая кровать, на которой сейчас спал Кирилл, и Диана хотела постелить себе на полу. У мамы в спальне была двухместная кровать, но мама очень громко храпела. Однако Диана обнаружила, что её пижама осталась в брошенных сумках.

Перед Дианой встал сложный выбор: пойти спать рядом с мамой, но всю ночь страдать от её храпа, или побороть свою стыдливость и спать в своей комнате на полу, но в одних трусах. Последние пару ночей Диана очень плохо спала, и хотелось нормально выспаться, положив голову на нормальную подушку и укрывшись нормальным одеялом, а ещё в тишине. Но у неё с собой не было ничего, что сошло бы за ночнушку, только свитер, тёплый, но совсем не подходящий для комфортного сна в постели. Остальные вещи вместе со всеми майками и футболками сейчас, наверно, разглядывали следователи.

«Мне всё-таки придётся рассказать маме о том, что нас пытались убить, к ней ведь будут обращаться с вопросами из полиции», – сообразила Диана. Этот тяжёлый разговор она решила отложить на неопределённый срок, но затягивать тоже не следовало, нехорошо получится, если из участка маме позвонят раньше, чем Диана признается.

Ну а пока она всё ещё стояла посреди комнаты, пытаясь понять, так ли сильно она стесняется спать без пижамы в присутствии Кирилла. Тот тихо посапывал, пребывая в болезненном сне. Звуки возни Дианы, стелившей себе на полу, нисколько его не потревожили. А вот когда из маминой комнаты послышались первые звуки храпа, он перевернулся на другой бок и накрылся одеялом с головой. Диана усмехнулась. Да, ей определённо следовало лечь в своей комнате, если она планировала выспаться.

Диана всё ещё была уверена, что с Кириллом ей ничего не светит, и это принятие, пусть и болезненное, послужило своего рода лекарством от излишней стыдливости. Если бы она на что-то рассчитывала, то, конечно, страшно стеснялась – не дай бог, если её телеса будут выглядеть как-то несимпатично во сне! Но какая разница, как она выглядит, если Кирилл ей не более чем друг? Да и то не факт, что останется таковым, когда они всё-таки переберутся в Москву. «У него там наверняка свои друзья, и девушку он себе новую найдёт», – безрадостно думала Диана перед сном. Кем бы Кирилл ей ни был, Диане хотелось, чтобы он остался в её жизни.