Книга Язык за зубами, страница 18 – Анна Раф

— Да, вот такое отвратительное настроение у меня сегодня, ребятки, – продолжила она. – Знаете, почему я считаю себя особенно презренным человеком? Потому что я держу в руках вот это письмо, и я вижу в нём не надежду на счастливый исход для Кирилла, а приговор для себя, для своих глупых грёз. Завтра мы отправим его, и через какое-то время за Кириллом приедет мама и заберёт его. И всё. На этом всё закончится. Он забудет меня. А я его – нет. Я весь остаток дней буду вспоминать о нём. Потому что в моей грёбаной жизни больше не о чем вспоминать! Всё моё существование – это просто какая-то жалкая, унылая возня в погоне за очередным рублём, чтобы протянуть ещё один день, ещё один месяц, год, чтобы дотянуть до… не знаю чего! Я не знаю, зачем я живу…

Последовала очередная истерика. Диана старалась психовать потише, чтобы не привлечь внимание Кирилла или кого-то из соседей. Очередной проблеск спокойствия – очередная запись.

— Я не хочу, чтобы он уезжал, – призналась она. – Ещё больше я хочу уехать вместе с ним. Неважно куда, лишь бы сбежать из этого гадюшника! Нет, я не про город, город хороший, красивый… Это моя жизнь – гадюшник!

Она ещё какое-то время изливала душу, а затем выложила все эти записи на каждом из своих каналов, немного успокоилась и вернулась в квартиру. Кирилл глянул на неё с некоторым удивлением, но ничего не спросил, он ведь не мог. Диана всё равно не ответила бы, у неё не было сил. Она быстро приняла душ и легла спать.

Она спала, как обычно, на полу, где постелила себе запасное одеяло вместо матраса, а вместо одеяла использовала плед, завёрнутый в пододеяльник. Комплектов постельного белья у неё было всего два, так что стирать ей теперь приходилось каждую неделю, и это ужасно изматывало. Дома, у мамы, стояла стиральная машинка, но Диане же не сиделось спокойно под маминым крылышком, ей хотелось независимости, хотелось самостоятельности!

«Я брошу этот город, когда разберёмся с Кириллом, вернусь к маме, – размышляла Диана перед сном. – Ему же не стыдно бежать к мамочке, влипнув в неприятности, так почему мне должно быть?» Девушка всё ломала голову, что же с этим загадочным парнем произошло. Кто в него стрелял, как он оказался в океане, почему у него клыки, в конце концов? Диана предполагала, что всего этого она уже не узнает.

На следующий день она с интересом наблюдала за драмой, развернувшейся вокруг её блога. Пока сама она сидела за кассой или раскладывала товары по полкам, какие-то незнакомцы из интернета были готовы глотки друг другу порвать, выясняя, молодец она или сволочь. Кто-то защищал её, считая, что она всё сделала правильно, кто-то оправдывал, считая, что она имеет право на слабости и молодец, что хотя бы раскаялась. Ну и, конечно же, присутствовало огромное количество тех, кто продолжал поливать её грязью, обвинял в мошенничестве и обмане.

Коллеги постоянно одёргивали Диану, заставляя оторваться от телефона и вернуться к работе, прямо говорили, что у неё зависимость от него и она похожа на зомби, начальница грозила увольнением. Диане уже было всё равно. Она знала, что скоро уволится и вернётся в родной город. Она даже стала позволять себе зубоскалить в ответ и дерзить.

Вечером же, скрепя сердце, Диана пошла вместе с Кириллом на почту. Она принесла свой паспорт, договорилась о том, чтобы адресата надлежащим образом оповестили о том, что ему пришло письмо, и заплатила за всё, Кирилл только вписал адрес. Диана проявила к нему большой интерес – Москва. Далеко же его занесло!