Книга Снегурочка поневоле, страница 79 – Злата Тур

Покерфейс - бесстрастное, ничего не выражающее лицо, характерное для игрока в покер.

Не прошло и пары дней, как наша жизнь опять круто поменялась. Нас опять изволил посетить господин Дежнев, который порядком злил. Восхитительный выход в свет снова разбудил во мне восторженных розовых пони, которые верили, что я для Ильи не «мимо проходила». В кинотеатре он сел рядом со мной, потому что Аришка первая залезла на кресло, оставив нам предыдущие два места. Остается только гадать, она специально хотела, чтоб мы оказались близко друг к другу, или же сторонилась его, создав барьер в виде моей тушки. Но в любом случае, тесное соседство с Дежневым было для меня и мучительно, и сладко. Этот Змей- искуситель действовал на меня магнетически. Когда зал взрывался от хохота, он по-хозяйски взял мою руку, запустив по коже настоящий электрический разряд малой мощности. Не больно, но встряхнуло. Так, что губы пересохли и дыхание перехватило. Но Дежнев на этом не остановился. Он нагло переплел наши пальцы и, улучив момент, перевернул мою руку и коснулся губами.

Хорошо, что никто не услышал, как я шумно глотнула.

Повернувшись к Илье, я вопросительно уставилась на него.

— Прости, я очень-очень давно не ходил с девочками в кино. Вернее, ходил только один раз, и боялся за руку взять.

Я едва не хмыкнула. Дежнев и боялся!

Он отпустил мою руку, заставляя опять гадать – что это было. Восполнил пробел юности или?

В итоге весь сеанс я просидела, как пришибленная. И от фильма в голове осталась только фраза: «Да Илья за меня море перевернет и все ракушки выкинет!»

До слез хотелось, чтоб мой Илья перевернул ради меня море и ракушки повыкидывал.

Но он опять спрятался в свою раковину и больше никаких нежностей не проявлял, делая вид, что ничего не произошло. Вот уверена, что Святая Инквизиция приняла бы его в свои ряды с распростертыми объятиями!

После фильма мы еще выгуляли Аришку в детском городке, и Дежнев отправил нас домой с Олегом.

И вот сейчас заявился, как всегда сдержанный и слегка отстраненный.

Обняв Анфису и поцеловав Аришку в макушку, он заявил:

— Маша, я тут подумал, что негоже вам здесь сидеть. Ребенку осенью в школу, а она совершенно не социализирована. Возвращаетесь в город, и будешь водить ее на групповые занятия.

Нехорошее предчувствие кольнуло сердце. Конечно, Дежнев- старший говорил, что к первоклашкам нереальные требования предъявляют, и, возможно, это с его подачи Илья решил вернуть нас из «ссылки». Но слово «не социализирована» больно резануло ухо. Так говорила Тина об Аришке. Если это она подвигла Илью принять такое решение, то за этим кроется какая-то гадость.

Но возникать я не стала. В самом деле. Дежневы планируют отдать девочку не в частную школу, где ставят пятерки налево- направо, а в ту, в которой дают знания и жестко спрашивают, невзирая на статус родителей.

Гадость уже началась с того, что Тина чуть ли не каждый вечер являлась к нам. Самое неприятное, делала она это, пока Илья еще был на работе. Она совала свой нос в наши занятия, даже пыталась разговорить Аришку. Но та упорно молчала. Приходилось ее терпеть и за ужином.

Она была мила и добра. Привозила подарки, как настоящая фея-крестная. Создавалось впечатление, что бывшая мегера хочет с нами подружиться. Спасибо, Дежнев умудрялся держать себя так, что к ночи она уезжала. Хотя больше чем уверена, она б пустила свои корни, как ядовитый плющ, дай ей только волю.