Онлайн книга «Снегурочка поневоле»
|
— Нравится? - на ушко спросила я у нее. И получила маленькое чудо в ответ. Она обхватила мою голову, чтоб я не успела выпрямиться и так же по-шпионски прошептала: — Да! Это, конечно, было больше похоже на вздох, и тем не менее – большая победа. — Ты умница! – похвалила я малышку. – Теперь ты будешь со мной разговаривать? — Да! – получила тот же ответ. Дети перестают говорить по разным причинам и по-разному. Одни дома спокойно разговаривают, и не могут только отвечать у доски в школе. Кто-то не может вымолвить ни слова с определенными людьми. Но часто даже у самых – самых молчунов вырываются какие –то слова. Аришка же вообще молчала. И судя по моим наблюдениям, оживала только со мной. Даже с отцом старалась плотнее забиться в свою раковину. Хотя я б на ее месте испытывала бы то же желание. Создавалось впечатление, что он ей или вовсе не отец, или на самом деле Ледяной, как я назвала его вначале. И мне кажется, что второе. Он вроде заботится об Аришке. Но отстраненно. Будто из чувства долга. Хотя и с Тиной он ведет себя так же. На ее мырлыканья отвечает снисходительной улыбкой, в которой нет ни капли игривости или радости. Будто все его чувства заморожены. Или же являются ценнейшим ресурсом, который он боится растратить. Я даже ни разу не увидела, чтоб он ее приобнял или что-то милое сказал на ушко. Ко всем ровное, слегка отстраненное отношение. Просто загадочный Мистер Х. Интересно, а он и в постели такой скупой на ласки? Ой! Меня уже совсем не туда понесло. Это точно не должно меня волновать… Дежнев проконтролировал, чтобы наши вещи занесли в номер, оглядел все придирчивым взглядом и, кажется, остался доволен. А я невольно им залюбовалась. Спокойный, невозмутимый, мне он казался надежным, как скала. Оставшись с ним практически один на один, я снова почувствовала, что сердце бьется неспокойно. Его парфюм, будто и не было трех с хвостиком часов перелета, ожидания в аэропорту, дороги сюда, был свежим и норовил заполнить собой каждую клеточку моего тела. Словно старался поработить меня, подсадить, как на наркотик. А этого уже, кажется и не надо делать. И так все мысли крутятся вокруг него. — Пообедайте сейчас, и пусть Аришка отдохнет. Потом на прогулку. За ужином встретимся. Как всегда, коротко и по существу. «Слушаюсь, барин!» - хотелось отрапортовать. И пока я думала, чем заменить шкодливую фразу, он уже развернулся и покинул наш номер. Интересно. Насколько я знаю, в отелях прием пищи по расписанию. И если ужин начинается в шесть, то растягивается до девяти. А во сколько мы должны прийти? Я прислушалась к тому, что происходило за дверью, и с облегчением поняла, что их номер по соседству. Значит, не придется вызванивать или кричать: «Ау!» Люди не поймут. Явно здесь живут небедные люди, не привыкшие, чтоб их беспокоили. Разберемся! Хотя интересно. А они, что, не собираются обедать? Еще один вопрос. Может, не терпится на лыжах покататься, пока светло? — Раздеваемся! – скомандовала я, и Аришка послушно принялась стаскивать с себя пуховичок и сапожки. — Руки моем! – и мы вдвоем потопали в ванную. Мне хотелось пискнуть от восторга. Мягкие, пушистые полотенца, огромное зеркало над раковиной. А на ней стройные ряды красивых пузыречков. Естественно, я первым делом принялась их нюхать и совать под нос Аришке. |