Книга Развод. Ты свободен, предатель!, страница 40 – Мария Геррер

— Твои вещи в кабинете, — я не могла сдержать волнение и дрожь в голосе. Ладони стали влажными, а по спине пробежали неприятные мурашки.

— Разумеется, выкинула все, что может напоминать обо мне, — Антон распахнул шкаф, пощупал мою одежду на вешалках. — Сменила гардероб, поменяла прическу и думаешь, это заставит меня вернуться к тебе? — сухо и коротко рассмеялся Антон.

— Я сделала это не ради тебя, а ради себя, — я глубоко вздохнула и попыталась успокоиться.

— Ну да, ну да, — закивал головой муж. — Новая жизнь, новые шмотки. И ты веришь, что это сделает тебя другой? Я думал, ты умнее.

Неужели человек может так быстро измениться? Антон всегда казался мне нежным, внимательным, искренним. Как же я ошибалась! Сейчас в его голосе звучало раздражение и плохо скрываемое презрение. Неужели все двадцать пять лет я была слепа и не видела очевидных вещей?

— Значит, съезжать ты не намерена? — поднял на меня тяжелый взгляд Антон.

— Я надеялась, что съедешь ты. К своей драгоценной Лизе.

— Ревнуешь, — хмыкнул муж. — Ревнуешь и злишься.

— Ничего подобного, — выпалила я, чувствуя, как волнение рвется наружу, и я не могу сдержать его. Краска предательски залила мои щеки, уши горели огнем.

— Злишься, это заметно. Как же ты глупо выглядишь!

Антон откровенно провоцировал меня, ему нравилось злить меня. Я и правда выгляжу глупо, пытаясь что-то доказать мужу. Зачем? Он же не слышит моих слов. Он слышит только себя.

В спальню вошел Стас:

— Отец, тебе лучше уйти. Мама на работу опоздает.

— Я в своем доме делаю то, что хочу, — грозно сдвинул брови Антон.

— Значит, в этом доме все делают то, что хотят, — я, наконец, смогла взять себя руки. Чего я тушуюсь? Квартира в равных долях на мне, муже и сыновьях. Сняла со стены нашу свадебную фотографию, о которой совершенно забыла и сунула ее в руки Антона.

Он небрежно швырнул ее на кровать.

— Как ты умеешь все передергивать, выворачивать наизнанку. А потом удивляешься, что я нашел себе нормальную женщину, без истерик и закидонов, — Антон вышел, хлопнув дверью.

— Он же не всегда был таким? — перевела я удивленный взгляд на Стаса. — Или я не замечала?

— Таким отец не был, — Стас помог мне одеть пиджак. — Но все меняется. Вот и он изменился, — взял фотографию с кровати и сунул ее в ящик тумбочки.

Я вышла из дома с тяжелым сердцем. Настроение ужасное, в голове полный сумбур. Во что превратилась моя жизнь? В какую-то странную борьбу с Антоном, в глупое противостояние. Привычный мир рухнул, и я очень неловко пыталась выбраться из-под его обломков, не зная, что ждет меня дальше.

Подходя к офису, я с удивлением заметила, что на скамейках в сквере сидят наши сотрудники.

— Аня, иди сюда, — позвала меня Лидия Петровна, похлопав по деревянному сидению скамьи. — Там тебе делать нечего, — кивнула она в сторону здания фирмы.

Перед подъездом стояло несколько больших черных машин, люди в форме выносили из офиса коробки с документами, компьютеры и прочую технику.

— Что происходит? — я опустилась на скамью и с недоумением наблюдала за происходящим.

— Проворовался наш босс. Снял все деньги со счетов, обобрал клиентов до нитки и свалил на Кипр. А может еще куда. Вот, приехали из полиции, разбираются. Все опечатали, нас будут опрашивать сегодня или завтра. Короче, зарплаты не жди, контора сдохла.