Книга Истинная Чёрного Дракона, страница 135 – Юлия Четвергова

— Мне хотелось убить его, когда Богиня сказала, что он мой брат.

— Почему? – Я положила свою руку поверх его в жесте поддержки. – Неужели ты никогда не хотел брата?

— Ты не понимаешь. – Ладонь под моей рукой сжалась в кулак. – Он убил когда-то ту, что была мне дорога. А теперь, - Зар посмотрел мне в глаза с затаенной нежностью, - забрал другую. Тебя. – На грани слышимости, добавил Демон.

Я пораженно уставилась на него. Мне только что признались в любви? Или что это сейчас было?

Не зная, что ответить, я убрала свою руку и отошла от окна. Воздуха не хватало, я чувствовала себя потерянной. Хотелось спросить, кого убил Рейнирр. Кто был так дорог Демону? Но мужчина не дал мне перехватить инициативу в разговоре.

— Я не собираюсь обременять тебя своими чувствами. – Верно растолковал мои действия Бальтазар. – Как бы там ни было, а Дар Богини – это запрет для остальных. И он жестоко карается.

Я вспомнила про историю Зарашэрта и кивнула. С Демоном я не стала ей делиться, лишь вкратце рассказала о Драконах, коснувшись только матери Рейнирра, посчитав, что это не мой секрет, и не мне его рассказывать.

Зар тоже отошел от окна и подошел ко мне. Его волосы серебрила Луна, а образ казался нереальным и далёким, особенно, когда лицо выражало такую печаль. Его льдистые глаза прошлись по моей шее, рассматривая Узор, а рука потянулась к нему, чтобы коснуться.

— Хотел бы я иметь власть одним движением стереть это с твоей кожи.

Я запаниковала и лихорадочно соображала, что бы спросить, пока он не совершил большую ошибку в своей жизни.

— Бальтазар, я скучаю по Мириэнн, как там она? – Но Демон будто не слышал меня. И я поспешила отстраниться от его руки, но он оторвал свой взгляд от татуировки и посмотрел мне в глаза, меняя траекторию движения руки выше, прикасаясь к щеке подушечками пальцев.

— Мама тоже скучает. Места себе не находила, когда ты пропала. А когда узнала, что тебя забрал Дракон, так вообще войной собралась идти на Вечный Город, как только Элиазар вылечится и придёт в себя. – Краешек его губ коснулась едва заметная улыбка. – Ты думаешь, почему она послала сюда целую делегацию во главе со мной?

— Почему ты ей не сказал? – Я не спешила убирать его руку. Лёд Демона оказался намного теплее Пламени Дракона. И я, похоже, как мотылек летела на это тепло.

— Я не смог. – Коснувшись лбом моего лба, прошептал мне почти в губы. – Не смог, потому что Мириэнн уже полюбила тебя. Как и я. И к шарту Дар. К шарту брата. Я хочу тебя поцеловать. Жаль, что не сделал этого раньше.

Позади раздались хлопки и Бальтазар не смог завершить то, что хотел сделать.

Резко обернувшись, я наткнулась на осуждающий взгляд красных глаз. Рейнирр аплодировал, а вся его поза вопреки кажущейся непринужденности, была напряжена, как струна гитары, которая натянута настолько, что вот-вот лопнет.

Я отпрянула от Бальтазара, как жена, застигнутая с любовником в постели. И хоть это было не так, я не собиралась (Или всё же собиралась?) целоваться с Демоном, чувствовала себя ужасно под взором этих глаз.

— Какая трогательная картина. – Его голос сочился ядом. – Жаль вас прерывать, но на меня нацепили поводок, который причиняет боль каждый раз, когда ты, Демон, её касаешься.

И вправду, Узор Рейнирра, который был намного больше моего, светился красным светом. Образ Дракона вибрировал в тусклом свете магического светильника, то обращаясь, то снова становясь человекоподобным, будто он себя сдерживал.