Книга Избранная. Приручение Демона, страница 97 – Юлия Четвергова

Когда пришло время платья, я поразилась тому, что на деле его, оказалось, весьма затруднительно надеть самой, несмотря на довольно-таки простой на первый взгляд крой. Впихивали меня в него втроем: Ринда с Наярой, к которым чуть позже присоединилась Лайса. Там застегнуть, там подвязать, здесь утянуть, тут подправить, там выправить.

Управившись, все трое облегченно утерли лоб, потому что мадам Ривельера расстаралась на славу, и платье полностью регулировалось, чтобы максимально красиво сесть по фигуре, подчеркнув все достоинства. С этим платьем у меня даже грудь появилась, которой, как мне казалось, в помине не было.

И вот, когда послеобеденное солнце освещало комнату, я стояла и рассматривала себя в зеркале в полный рост и не могла поверить, что вот эта вот ослепительная красавица — я. На глаза невольно навернулись слезы, потому что о таком я могла только мечтать, считая все эти мечты несбыточными. А теперь — вот она я. Императрица. И рядом со мной уже так много верных людей, двоих из которых я бы точно назвала подругами. Одни наши вечерние посиделки за чашечкой чая чего стоили, пока Бальтазар не видит и отсутствует, делая свои сверхважные дела.

— Не плачь, Карина. — Я попросила землянок называть меня по имени и без «выканий», когда никто не видит, и они согласились, теперь вот даже при воительницах осмелились меня так назвать, а это — прогресс. — Ты — настоящее чудо, которое случилось с Бальтазаром, и пусть он пока этого не видит, но все окружающие, которые познакомились с тобой, уже это отмечают. Один архимаг чего стоит, уже поползли слухи, что на Совете он расхваливал тебя, как прекрасную будущую Императрицу, и что он не сомневается, что Богиня Любви откликнется во время обряда, одарив вас брачными узорами. — Произнесла Наяра, любуясь творением своих рук и Ринды.

— Ну, да, конечно, откуда вам всем знать, что я буду такой хорошей правительницей. — На мое замечание Ринда с Наярой привычно поджали губы, напоминая мне этим слова, сказанные накануне, что я очень люблю себя принижать, поэтому нужно избавляться от заниженной самооценки, потому что Императрица вообще не должна знать такое словосочетание в своем арсенале.

— Вы очень красивы, госпожа. — Подала голос Лайса, стоявшая поодаль от нас и наблюдавшая за процессом с живым интересом. Ее ушки торчали вверх, а хвосты распушились. Но не успела я ей ответить, как на пороге появился Рэнай.

— Простите, что без стука, но ваша дверь была приоткрыта. — Утонченный Лис в этот раз был облачен в расписное кимоно темно-фиолетового цвета с серебристым узором. — Надеюсь, я вовремя?

— Да, мы закончили, проходи. — Лайса и служанки поклонились Хранителю.

— Я принес вам самый необходимый атрибут на празднестве, госпожа. — И буквально из воздуха выудил золотую маску. Приблизившись ко мне, от чего девушки расступились, Лис аккуратно водрузил ее на туалетный столик. — Не в моем праве сопровождать вас на бал, но хочу отметить, что мне бы очень этого хотелось. — Как-то сочувственно глянул на меня, но я не стала обращать на это внимания. Да, Бальтазар должен это сделать, но если он не хочет, ну и не надо.

Я пожала плечами, наталкиваясь на золотистый взгляд Рэная.

— Позвольте отметить, что вы как всегда прекрасны, госпожа. Вероятно, я могу повторять это неустанно. — И обезоруживающе улыбнулся, и я не смогла не улыбнуться в ответ, губы против воли растянулись в улыбке.