Книга Избранная. Приручение Демона, страница 121 – Юлия Четвергова

Бальтазар неловко потер шею, избегая моего взгляда. Плотно сжав губы, превратив их в тонкую линию, молчал. И тут я вовсе выпала в осадок, совсем не ожидая от него подобной реакции. Он что, смущен?! Судя по всему, так оно и было. Вообще, это мне тут нужно смущаться! Я тут девственница!

Как звучит всем известный мем — «Вот это поворот!». Подобные мысли вертелись в моей голове, когда я смотрела на Бальтазара, еле удерживая себя от того, чтобы не раскрыть от удивления рот.

Тяжело вздохнув и сжав глаза на миг, он постепенно пришел в себя. Когда Демон вновь их открыл, на меня уже смотрела спокойная гладь воды, будто все, что было до этого момента, мне показалось.

— Не думай, что я это все забуду! — Вскинула указательный палец, угрожающе направив на него. — Более того, я буду использовать полученную информацию в корыстных целях.

— Ринна, я же мужчина, свечение означало то, что я сильно тебя хочу. — Попытался отвертеться Демон, а я скривилась. Ей богу, в любовных делах, он совсем, как подросток, оказывается! Даже отмазки такие же банальные и примитивные. Ладно, сделаем скидку на то, что на Идеоне нет телевизоров, и он вряд ли видел, как это все происходит, в отличие от меня.

— Что же тогда этот мужчина, не красневший, когда его застали практически голым с любовницей, смутился того, что его узор светится? — Наступала я и все же вперила руки в бока. — Может, перестанешь врать, хотя бы самому себе? Доказательства на лицо!

— Ка-Ринна, прекрати. — Нет, вы только посмотрите! Он еще и от разговора пытается сбежать!

— Ты меня своим авторитетом не задавишь, дорогой мой, я не жительница Идеона, так что говори мне правду, или можешь забыть о том, чем заканчивается обряд истинности. — Ударила по самому больному, иначе почему Демона перекосило?

— Уже забыл, — прорычал Бальтазар, сделав шаг вперед и приподняв мой подбородок вверх тонкими, как у музыканта, пальцами. — Я и не думал спать с тобой.

— Да, а как называется то, чем мы сейчас занимались? Прелюдия ко сну? Долгому, крепкому и приятному? — Съязвила я, а Демон неожиданно рассмеялся.

— Ты меня неправильно поняла. — Отсмеявшись, ответил он, отпустив мой подбородок. Как можно неправильно понять это?!

— Ну, так соизволь объяснить недалекой мне, что происходит. — Мужчина, улыбаясь, заключил меня в объятия, погладив по волосам. Как же быстро у него настроение меняется! Или это такая стратегия в общении с женщинами? Обескуражил, и она забыла обо всем, что собиралась высказать. Прямо как я сейчас, например.

— Хорошо, но не здесь. — Произнес Демон, и нас закружило в водовороте.

По внезапному головокружению поняв, что мы переносимся в другое место, я крепко зажмурилась, обеими руками вцепившись в камзол Бальтазара, на что Демон только довольно хмыкнул и неожиданно ласково прижался щекой к моим волосам, украдкой вдохнув запах моих волос. Я вновь покраснела, мечтая быстрей выбраться из объятий хитрого белобрысого Демона, пока я еще в состоянии контролировать свои чувства, чтобы не попасться в его ловко выстроенные сети.

— Можешь открывать. — С насмешкой сказал Демон, не размыкая объятий.

Я осторожно приоткрыла глаза, ожидая увидеть обрывистый склон, с которого Бальтазар бы меня скинул пинком в спину, крича: «Это Спарта, Ка-Ринна!». Да-да, у меня больная фантазия, я знаю. Тяжелое детство, деревянные игрушки. Но на деле мы стояли посреди небольшого ухоженного сада, в некотором отдалении от которого красовался одноэтажный дом из дерева. Напротив сада был пруд с редким камышом, выглядывающим из воды. А все это великолепие отгородили низким заборчиком, за которым простирался лес.