Книга Избранная. Приручение Демона, страница 104 – Юлия Четвергова

Свежий воздух на балконе стал для меня спасением, охлаждая разгоряченную кожу. Я вцепилась в перила, вглядываясь в темно-синее небо, усыпанное звездами, и пытаясь вернуть себе контроль над телом и разумом. Я редко выпивала, но даже когда выпивала, алкоголь никогда не действовал на меня подобным образом. Я всегда могла себя контролировать и только иногда испытывала легкое головокружение, которое сопровождалось диким желанием лечь спать. Что я и делала.

— Вот ты где, я тебя потерял. — На балконе появилось второе действующее лицо в маске чумного доктора.

— Прости, что отвлекла тебя от приятного времяпрепровождения в еще более приятной компании. — Ответила, чувствуя, что язык заплетается. Бальтазар вмиг стал мрачнее тучи.

— Ты пьяна?

— А по мне что, не видно? — Вспылила я из чистого упрямства, напрочь позабыв о том, что искала его, чтобы попросить о помощи. Какой же он… Гадкий! Неужели не видит, что мне плохо?!

— Ка-Ринна, обряд нельзя проходить в таком состоянии. — Тихо, но от этого не менее зло прошипел Демон.

— Ну, вот и не проходи его. Ты же все равно ничего не хотел. Тебя же заставили. — Похоже, у меня помутился рассудок, потому что несла я какую-то ахинею. Сама это прекрасно понимала, но не могла остановиться. — Ты гадкий, отвратительный, лицемерный Демон! Знал бы ты, как мне хотелось залепить тебе пощечину, когда ты заявил, что использовал меня все это время! У-у-у, ненавижу!

С каждым моим словом глаза Бальтазара всё сильнее наливались тьмой, а я продолжала, не в силах остановиться.

— А твоя любовница! Прекрасная Талия, изящный цветок, лепестки которого ты попробовал не только на ощупь, но и на вкус. — Вернула ему извращенный вариант его соблазнения сегодня перед балом. — На ней бы женился, на змее этой, если бы не я, но Боги подсунули, к твоему великому сожалению, обычную земную девчонку, которая ни капли не смыслит в этих ваших придворных интригах, да еще и маленькая по демоническим меркам, небось. Некрасивая. Не то, что Талия. — Под конец фразы мой голос сочился желчью.

Демон молчал, лишь желваки, играющие на скулах, и тьма в глазах выдавали, что он зол. Смотрел на меня исподлобья и молчал, что только подстегивало меня еще больше.

— Эгоистичный ублюдок! — Зло выплюнула я. — А я ведь тебе поверила, в твои сладкие речи, в твою заботу, подумала, что могу быть небезразлична, пусть не как возлюбленная, черт с этим, подавись своим договором, но как друг, или как… сестра. — На глаза навернулись слезы. Злость на себя и свою доверчивость сменилась обидой от неоправданных надежд, которые я сама же себе и напридумывала.

— Ты не можешь быть мне сестрой. — Вырвал меня из пучины обиды и злости голос Демона. — Никогда не смей думать о себе в таком ключе, если это касается наших взаимоотношений. — Не знаю почему, но мне от этого стало настолько больно и обидно, что я замахнулась, чтобы ударить Бальтазара прежде, чем смогла это осознать.

Демон легко перехватил мою руку за предплечье и пристально посмотрел мне в глаза, наполненные слезами, которые так и не пролились, потому что я сдерживала их. Мы так и застыли, испепеляя друг друга взглядом. От прикосновения Бальтазара по руке пробежали мурашки, а в груди вспыхнул жар. Вероятно, Демон испытал то же самое, потому что внезапно он бесцеремонно привлек меня к себе, крепко обхватив за талию второй рукой.