Книга Алая Принцесса, страница 18 – Юлия Четвергова

— Я ничего тебе не должен! Отстань от меня.

И ушел. Быстрым шагом, удаляясь от меня, он ни разу не обернулся… Сказать, что я офигела, значит промолчать. Что я собственно и сделала.

В ту ночь у меня был долгий разговор с папулей о том, что же это за тайна такая, что меня никто не удосужился осведомить. Сойдясь на рюмке рома, благородно выданной мною, папа сдал Данте с потрохами. Выяснилось, что на рассвете он уезжает. На глаза навернулась странная влажность. Что это? Слезы? Не хило я тюкнулась сегодня утром об дверной косяк, раз вытекает тут всякое соленое вещество.

Я мрачно брела по темным коридорам замка и пыталась сосредоточиться. А потом я вспомнила, как мама мне рассказывала, что когда ты теряешь близкого человека, неважно как — умирает он (Да-да! Сделай это! — шептала мне моя злобная половина. — Придуши его собственными руками), или просто уходит — можно сделать памятный кулон, это очень простое волшебство, его даже ребенок может сотворить, чему она меня и научила.

Заскочив в комнату, схватив первое попавшееся украшение, я вытащила из-под одежды в комоде сонный порошок. Не спрашивайте меня с каким трудом я его сделала, Данте не раз страдал, ибо был первоиспытателем во многих моих зельях.

Когда мне на пути попадалась стража, я просто усыпляла их порошком и, не останавливаясь, шла к нему.

Его комната была спартанской. Шкаф, кровать, кресло, столик. Будто он здесь только спал, как сейчас. На подоконнике и шкафу была пыль. Лишь один предмет не вписывался в эту «нежилую» комнату. На столике стоял цветок, который я разбила об его голову. Я не думала, что он его восстановит и сохранит. Великолепный бутон распустился, являя миру раскрывшиеся лепестки фиолетовой розы. Я невольно загляделась на королеву цветов, протянула руку и осторожно провела по одному из лепестков. Аромат был просто великолепен — сладко — терпкий. На миг я даже забыла, где нахожусь.

Что — то тенью проскользнуло перед глазами, а в следующую секунду я оказалась прижатой к стене, у горла было лезвие кинжала. Я испуганно сглотнула. На меня смотрели ледяные изумрудные глаза Данте, в них плескалось столько ярости и злости. Искорка узнавания и кинжал со звонким ударом упал на пол. Казалось, Данте не верил своим глазам. Он нахмурился и вздохнул, как я поняла, с облегчением.

— Зачем ты пришла? — Отвел взгляд. — Я мог убить тебя, у меня много врагов. — И будто опомнившись, добавил. — Хоть бы раз задействовала мозг в своих действиях.

Немигающим взором разглядывая что — то за окном, он протянул руку к моей щеке и, едва касаясь, провел по ней пальцами, от чего сразу стало щекотно. Я потеряла дар речи. Что это с ним? Вся ситуация начала раздражать. Никакой последовательности и никакого смысла.

— Нет, это ты почаще включай необходимую функцию «Осторожно! Эсстеретта»! — Рявкнула я и без тени раскаяния сыпанула ему в лицо порошка.

— Проклятье… — Прохрипел он, оседая в мои объятия.

Слишком тяжелый, чтобы дотащить его до кровати, на краю сознания мелькнула подленькая мыслишка оставить его на полу, воткнуть рядом кинжал в пол и поставить розу, как знак расставания. Но эта идея не смотрелась так уж и смешно, как мне хотелось, лишь становилось более грустно, напоминая о том, что он меня бросает. Вздохнув, прочитала заклинание левитации, переложила Данте на кровать и заботливо укрыла. Подобрала кинжал с пола и направилась к нему.