Книга Алая Принцесса. Академия Магии, страница 10 – Юлия Четвергова

— Не переживай, с моими способностями, я тебя хоть откуда вытащу. Изучить еще и некромантию? П-ф-ф, проще простого! — Отшутилась я, потянувшись обнять подругу.

— Поздравляю, Дариэль. — Улыбнулся Аларион. — Теперь ты точно станешь звездой факультета Целительства. Мечты сбываются, да? — Эльфийка энергично покачала головой, и прихлопнула в ладоши, чуть ли не подпрыгивая на стуле от возбуждения.

Такой её даже мы видели редко, чего уж говорить о случайных очевидцах сего события. Обычно она собранная и спокойная, смотрящая на всех с легким пренебрежением. Похоже, сегодня в списке её ухажеров ожидается пополнение. Уже предвкушаю, как завтра она снова будет жаловаться мне на то, что не владеет магией огня, как я.

Рэйну и Тайлина мы так и не дождались, видимо, они пообедали в академическом парке. Такое часто бывает, особенно в начале учебного года, когда они не виделись два хойра, сидя в отчем доме, а потом по возвращению в Академию их невозможно было оторвать друг от друга в свободное время. Так что, мы уже привыкли.

Распрощавшись с Аларионом, мы с Дариэль побрели на факультатив. В отличие от меня, эльфийка любила этот предмет и получала от него истинное удовольствие. Как она всегда мне говорила: «Искусство помогает расслабиться, особенно после того, как ты перенервничала, или после того как эти кархааровы романтики под окном не давали ночью нормально поспать!». Под конец фразы её елейный голосок превращался в злобный, и она втыкала иглу в моток с особой ненавистью. В эти моменты даже я её побаивалась, и была счастлива, что мы с ней подруги.

Сегодня по расписанию было пение. Демиурги, вот за что? Я была одарена почти во всех магических направлениях, но вот с пением не срослось. Мне будто Дикие на ухо наступили, так что с эльфийской преподавательницей, Лалиэль, у нас были «особые» отношения. После нескольких попыток в прошлом заре превратить меня в один из эльфийских цветочков, что собирались на факультативе, она, наконец, поняла, что если я выросла плющом, то не стоит выжимать из меня то, чего мне не дано от рождения.

Так что на пении я максимум делала доклады о величайших бардах и слушала, как поют те, кому Дикие на ухо не наступали. А слушать я любила, некоторые девушки пели, словно сирены в морях. И в эти краткие мгновения я искренне жалела об отсутствии таланта в этой сфере искусства. Так что пение — единственный предмет, который проходил для меня более-менее терпимо и быстро.

Последней парой у меня стояла бытовая магия. Предмет нужный и полезный, но я изучила всё еще на первом курсе, так как бытовая магия мне давалась на «ура» и, практически, без затрат магии, поэтому сейчас я откровенно скучала. Время как назло тянулось, словно кисель у нашей поварихи в столовой, который все боялись пробовать, без риска отравиться.

Отсидев законные полтора хада, я выдохнула и отправилась в библиотеку за книгами. На завтра нужно было подготовить доклад по менталистике на тему: «Воздействие на разум. Методы. Особенности. Исключения». Мне самой был интересен этот предмет, так что я с энтузиазмом шагала на третий этаж.

Вечно безразличная библиотекарша в очках с цепочкой выдала мне книги и пригрозила отдать Церберам, если я нарушу покой этой величественной комнаты. На первом курсе было страшно, но со временем выяснилось, что этот демиургов одуванчик просто хорошо умеет притворяться. Фэйри, они такие.