Онлайн книга «Ты - наша»
|
Мне даже сказать нечего, до того шокирующая информация. И стыдно, все еще невозможно стыдно. Весь универ теперь знает, что они меня… вдвоем… Сто процентов знают! Парни, похоже, вообще ни о чем не думают и ничего не стыдятся, устраивая вокруг меня бои гладиаторов. А что будет, когда они успокоятся? Или выпустятся? Я с чем останусь тут? даже если ничего у нас не будет, а у нас ничего не будет, это точно, я еще не настолько свихнулась, чтоб позволить кому-то из них… Ох… Да, я не настолько свихнулась… То все равно не отмыться! Мне никогда не отмыться теперь! — Чего плачешь? — Маринка вытирает слезы с моих щек, опять обнимает, — ну хватит… — Так стыдно, Марин… — выдавливаю я из себя, захлебываясь рыданиями, — так стыдно… Все же думают, что я, что я… Шлю-у-ууха-а-а… Маринка на мгновение застывает, а затем начинает смеяться. — Ну ты дурочка, а? — она обнимает меня сильнее, гладит по голове, — да тебе вся общага завидует! Какая шлюха, ты чего? Ты сейчас — самая популярная девчонка в универе! Вокруг тебя такие шаманские пляски, ты себе представить не можешь! Мне даже завидно чуть-чуть… Хотя, нет, не завидно. Если твои парни в сексе хотя бы в половину будут такие же, как мой Тигрик… Ох, блин, Вась… Запасайся восстанавливающей мазью. Я тебе потом скажу, какой. — Это ты о чем? — всхлипываю я, в горе своем пропустив половину слов и наставлений подруги. — Ни о чем, — вздыхает она, — потом поймешь. Мой тебе совет: выбирай Лиса. Он, говорят, поменьше. — Ну да, он пониже ростом… — соглашаюсь я, удивляясь, зачем говорить о том, что и без того очевидно. — Ох, Вася, Вася… 50 — Ну что же, фраза “Студент — не тот, кто хорошо учится, а тот, кто хорошо выкручивается” полностью подтверждается вашим поведением… — преподаватель смотрит на меня поверх очков, внимательно, устало и чуть насмешливо, — выкручиваетесь вы отменно… — Но я и в самом деле болела… — мямлю я, сжимая в потеющей ладони справку от врача, — вот… — А вам, Василиса, даже выкручиваться не надо. За вас это делают ослепленные вашей красотой мальчики… — вздыхает преподаватель, не обращая внимания на справку и мои невнятные оправдания, — вот только многовато их, на мой взгляд… Саша Колесник прибегал, со своей командой, потом Лисин, потом Каменев, который на моей памяти вообще дорогу к кабинету никогда и не знал даже. А тут отыскал… Следопыт. И еще кого-то приносило, да… Вислова, что ли? И Звягинцева приходила… Короче говоря, после Каменева я перестал удивляться и считать. — Я-а-а… Я правда… Я не просила… — Ну конечно не просила. Они сами. Мальчики, чтоб вы понимали, Василиса, любят проявлять инициативу, особенно, когда объект ее — хорошенькая девушка… Но да ладно, — профессор откидывается на спинку стула, машет рукой, — передайте своим защитникам, что они могли бы не усердствовать столь… усердно. Я собирался ставить вам автомат. — О-о-о-о… — В конце концов, я не слепой и вижу потенциал. Вы — прилежная студентка, Василиса, и умненькая девочка, а это большая редкость в наше время… Н-да… Вот только с мальчиками все же поосторожней… Не все среди них альтруисты… Н-да… В кабинет начинают заходить первокурсники с другого факультета, и профессор отпускает меня со словами: — Будете их… э-э-э… благодарить за заботу, передайте, что я всех запомнил. Звягинцевой можете не передавать. Я сам на пересдаче упомяну, н-да… |