Онлайн книга «Наша навсегда»
|
Грохот такой, словно грузовик стотонный упал! Камень, спиной упавший на дверцу и явно ее помявший, встряхивает головой по-собачьи, взгляд его становится совершенно диким. Безумным! Ой-ей! Это вообще не похоже на те драки, что эти два дурака устраивали пять лет назад, хотя и тогда мне происходящее казалось жутким и смертельным. Ничего я о смертельном не знала, оказывается! Вот сейчас и пронаблюдаю. В прямом эфире! Машина сотрясается, хлопают дверцы, выскакивают мужики самого пугающего, самого страшного вида и кидаются на Лиса. Тот только отскакивает легко на метр и безумно, ласково улыбается. Его лицо с этой нежной улыбкой еще страшнее, чем сумасшедший взгляд Камня. — Стоя-а-ать… — хрипит Камень, тормозя мужиков, уже кинувшихся к Лису, — я сам… — Правильно, убери своих шакалов, Камень, — смеется Лис безумно, — а то новых придется набирать! Камень с рычанием отталкивается от машины и несется на Лиса, словно бык на тореадора. Тот приглашающе смеется. А я… Я разворачиваюсь и бегу прочь. Рядом, на парковке, стоит такси. Прыгаю, говорю адрес. И не смотрю назад. Прошли те времена, когда я пыталась влезть между ними, разнять… Дура была, за что и отхватывала каждый раз. Достаточно вспомнить, в каких условиях наш первый поцелуй случился. И первый секс. Уже одних этих воспоминаний хватает, что сполна осознать, до какой степени я была наивной идиоткой, любящей понаступать на одни и те же грабли. Хорошо, что повзрослела и научилась. Учитель попался — отпадный. Да и они сами, мои первые парни, не подкачали. Хорошо поучили, с душой. Выдыхаю, закрывая глаза и откидываясь на сиденье такси. Проматываю в памяти кадры только что случившегося. Боже, я до сих пор же не осознала произошедшее до конца! Когда ехала сюда, вообще не думала, что встречу хотя бы одного из них. Иначе бы с места не тронулась, честно! Понадеялась, что никому до меня не будет дела! В конце концов, ну кто я для них? Просто веселый эпизод? Поиграли и забыли… Это я, как дура, все пять лет вспоминала… Тошка был сильно против моей поездки, да… Что-то знал? Но боже… Как они изменились… Стали такие… Такие… И по-прежнему дураки… Внезапно начинают душить слезы, становится трудно дышать, и невозможно себя сдерживать. Я давлюсь этими сухими слезами, ловлю рыдания, заталкиваю их в себя, закрывая рот ладонью. Не сейчас… Не надо, просто не надо… Я же думала, что все уже, все отболело… Почему болит-то до сих пор? Когда это все кончится уже? Когда меня отпустит? — А чего там было, у проезда? — спрашивает таксист, поглядывая на меня в зеркало заднего вида. — Да драка какая-то… — хриплю я, собравшись с силами и стараясь, чтоб голос звучал более-менее равнодушно, — я испугалась, что заденут… И убежала, не стала смотреть. — Ну и правильно, — рассудительно говорит таксист, — время сейчас такое… Он продолжает про время, про опасности, еще про что-то, а я, уже отключившись от его голоса, смотрю в окно, на проносящийся мимо вечерний город, который когда-то считала родным. Говорят, что в родном городе тебе легче дышать, он сам помогает, поддерживает… Малая родина, чтоб ее… Не мой вариант. Мне тут тяжело. Травит меня этот воздух. — Не понял… — бормочет таксист, и я выныриваю из своих мыслей, непонимающе смотрю на него. |