Книга Твоя случайная измена, страница 72 – Мари Соль

— У вас всё в порядке? — интересуется он, и придирчиво смотрит в лицо.

Пытаюсь придать выражение лёгкости.

— Да, спасибо! — вышло как-то уж слишком оптимистично.

Оглядев зорким глазом салон, он бросает:

— Хорошо. Поворотничек выключите.

И только теперь замечаю, что всё это время «моргала» налево. Теперь поняла, почему все авто сторонились и боялись меня обгонять!

— Ой! Спасибо! Как я могла не заметить? — у него на глазах выключаю.

— Бывает, — улыбается он, — Всего доброго!

Не веря своему счастью, опять завожусь и выезжаю на главную. Это ещё не урок, а разминка. Будь осторожнее, Настя! Ты за рулём.

Телефон начинает звонить. Я, не глядя, его вынимаю. Включаю на громкую связь.

— Настя! — слышу встревоженный мамин фальцет.

— Я за рулём, мам! Что-то срочное? — раздражённо бросаю в ответ.

Мама на том конце провода думает. Вероятно, решая, насколько срочным можно считать её повод.

— У Диночки…, - наконец произносит она.

И замолкает, вынуждая меня напрягаться.

— Что, мам? Говори!

Но мама кряхтит и вздыхает.

«Заболела», — понимаю с тревогой.

— Что? Жар? Понос? Отравление?

— Да Бог с тобой! — фыркает мама, — Чем тут травиться? Всё ж с грядки, своё! Я даже деревья от жука не опрыскиваю. Яблоки можно немытыми есть.

Вздыхаю, подавляю желание высказать маме про то, что не время сейчас рассуждать о деревьях.

— Мам! Так с Диной-то что?

— А! — оживляется мама, — У неё…

И опять не находит слова. Не знаю, что там у Динки, а у меня уже паника! Хочется взять телефон, прокричать, наругаться. Но руки лежат на руле. И глаза продолжают следить за дорогой.

— Мам! Ты измучила! Что у неё? Говори! Чирий? Крапивница? Клещ укусил?

Мама вздыхает, как будто проблема гораздо серьёзнее. Терпение быстро кончается! Но, перед тем, как я вновь выхожу из себя, она произносит:

— У неё менструация.

— Что? — ошарашенно фыркаю. Будто речь не о Динке, а о Давиде. Будто такого вообще быть не может. Ведь Динка ещё так мала! Хотя… Ей тринадцатый год. Почему бы и нет?

Но ведь это не значит, что теперь моя дочь станет женщиной? Что её организм подаёт недвусмысленный знак. Мол, пора!

Прогоняю тревожные мысли. Говорю:

— Настоящая?

— Ну, а какая? — удивляется мама.

— И… как она там? — бросаю с тревогой.

— Да, рыдает лежит в своей комнате! Даже меня не пускает к себе, — делится мама. И я, испытав прилив нежности к дочери, думаю: «Моя милая девочка, какая ты взрослая стала».

А вслух говорю беспокойно:

— Рыдает чего?

Мама в ответ сокрушённо бросает:

— Да джинсы любимые перепачкала! Да ещё при парнях, при соседских. Теперь, говорит, ни за что не пойду никуда. Буду сидеть взаперти до конца лета.

Улыбаюсь. Проблему нашла! Да я бы этих парней так послала. Далеко и надолго!

— Скажи, что будет у неё Ipad. Пусть не плачет! Я перед сном наберу, — отвечаю я маме.

— Айпат? — опять вопрошает она.

— Ты просто скажи, она знает, — вздыхаю.

Прощаемся. Я улыбаюсь, тревожусь и очень горжусь. Помню себя в этом возрасте. Тоже пришли неожиданно! В школе, за партой, во время контрольных скрутило живот. Побежала в туалет, а там… жуткое дело. Сидела потом в этом самом туалете до вечера. Стирала штаны…

Эта новость меня отвлекла от своих угрызений. Я решила, что факт домогательства будет учтён! По-хорошему, я бы могла заявить на него. Но не стану. А деньги верну! Не хочу быть должницей этого мерзкого типа. И больше к нему ни ногой.