Книга Всё начиналось с измены, страница 11 – Мари Соль

— Ириш, — начинает он виновато, — Я понимаю, что всё вот так сразу свалилось. Но просто… Ей скоро рожать. Ну, не то, чтобы скоро! Но всё-таки. Ты пойми, я хочу присутствовать. В целом, хочу наблюдать весь процесс, от и до. Ну, как растёт живот, как он там шевелится. Ну, или она…

Я словно во сне наблюдаю за тем, как луч света, скользнув по стене, исчезает за шторой. Видимо, фары машины пробились в наш замкнутый мир?

— Ну, вот, — продолжает мой муж, — Я понимаю, что это поспешно. Но я тебя не тороплю! Я думаю, месяц-другой ещё есть. Я понимаю, что тебе нужно время. И я готов помочь. Хочешь, я сам найду квартиру? Может быть та, что мы с тобой снимали, свободна? У меня даже телефон остался хозяйки. Хочешь, я ей позвоню?

— Ты о чём? — говорю отстранённо.

— Ну…, - тянет он воздух сквозь сжатые зубы, — Я о том, что она переедет сюда. Мы же с тобой разведёмся, а с Аней распишемся. Всё это нужно сделать ещё до рождения ребёнка. Я дам ему свою фамилию. Ну, или ей…

Во рту пересохло. И я, наконец, убираю свою руку из ладоней Игоря. Плещу себе сока в стакан. Жадно пью.

— Так что, Ир? В смысле, ты согласна на переезд? — ненавязчиво требует он, — Нет, я понимаю, что ты тоже имеешь отношение к этой квартире. Но я компенсирую, Ир! Я всё компенсирую, слышишь? Не сразу, конечно! Но со временем, я верну тебе деньги, которые ты внесла за ипотеку. Мы прикинем примерно…

— If I never see you again, I love you, — шепчу себе под нос.

— Что? — озадаченно хмурится Игорь.

Поднимаюсь со стула.

— Куда ты? — встаёт вслед за мной.

— Мне нужно пройтись, — говорю.

Он бросает взгляд на окно, где уже стемнело, зажглись фонари.

— Уже поздно, Ир!

— Нормально, — бросаю.

В коридоре накидываю ветровку прямо поверх пижамы, меняю домашние тапки на кеды.

Игорь тоже одевается.

— Куда ты? — говорю ему.

— Я с тобой, — говорит.

— Нет, — отрицаю уверенно.

— Ир…, - он разводит руками.

— Игорь, прошу! — проявляю я твёрдость, — Мне сейчас жизненно важно побыть наедине с собой и подумать. Я недалеко. Я буду здесь, поблизости. В соседнем дворе посижу, подышу.

Вижу, как он не желает меня отпускать. Словно чувствует что-то… А я? Я смотрю на него и стараюсь запомнить. Охота обнять напоследок. Но только боюсь, не сумею уйти.

— Я не буду ложиться спать, пока ты не вернёшься! — кричит он мне в спину, — И пойду тебя искать, если через час тебя не будет дома!

«Какая забота», — почти равнодушно замечаю про себя. И от этого мнимого равнодушия, и от его наигранной, мнимой заботы, мурашки по коже.

Тротуар залит лунным светом и светом ночных фонарей. Их тут много! У нас хороший район. Но я всё же надеюсь наткнуться на гопников. Потому срезаю намеренно. Чтобы выйти к трассе. Там, через пролесок, отделяющий нашу спокойную гавань от большой и шумной дороги, расположена смерть.

Никто меня не окликает. Никому я не нужна! Даже самый захудалый маньяк не встретился мне пока я бреду на ощупь. На звук, который становится всё громче и громче. И вот она, трасса. Объездная, так называемая. Да, мы живём далеко от центра города. Но в этом есть свои преимущества. Здесь нет суеты, кроме этой дороги. Которую мы, впрочем, почти не слышим на своём пятом этаже. Посередине, между небом и землёй. Вот живи мы на двадцать пятом, то слышали бы точно! Да ещё и видели из окна. А так у нас из окна виден сквер и макушки деревьев. Красиво. Спокойно. И тихо.