Книга Любимая, прости! Я ухожу..., страница 141 – Мари Соль

— Ах! — слышу сверху. И топот шагов извещает о том, что Алиса спускается с лестницы.

Альберт напрягается. Он-то не знает! А я продолжаю пить виски. Сажусь на крутящийся стул.

Алиса с собакой в руках стоит у подножия лестницы. В глазах вижу блеск. То ли от радости, то ли от слёз, ещё не разобрался. Она прижимает к груди Пирожка. Смотрит так, точно слов не хватает.

Я, сглотнув и поставив стакан на столешницу, пытаюсь найти, что сказать. Но меня опережает Альберт. Он восклицает, всплеснув руками:

— Это кто?

Алиса, взглянув на меня вопросительно, ставит собаку на пол. Тот совсем ещё маленький, лапы на скользком полу разъезжаются. Алик свистит, он стремится на свист.

— Не свисти, — говорю, — А то денег не будет!

Альберт усмехается, видя, как пёс, одолев голый пол, и достигнув ковра, притопляет к нему со всех лап.

— Как зовут? — поднимает он пса, — Мальчугана!

— Пирожок, — говорит моя дочь.

Искоса я наблюдаю за ней. Волосы рыжие, вьются ниже лопаток. Пижама на ней чуть просторная. Я покупал всё с запасом, не знал её точный размер.

— Это твой что ли? — удивляется «дядя Альберт». Так она называет приятеля.

Алиса бросает осознанный взгляд на меня. Вопрошая тем самым: «Он мой, или...».

Я киваю, ведь горло сковало. С чего бы? Но я благодарен Альберту, что он разряжает ситуацию смехом и шутками в адрес питомца. Алиса подходит к нему, они вместе щекочут мохнатое пузико. Я ловлю себя на странной потребности... Тоже хочу! Подойти, пощекотать и от души рассмеяться. Но как-то... неловко, наверное? Так что смотрю и тем счастлив.

Перед тем как уйти с псом наверх, дочь бросает в мой адрес:

— Спасибо!

Допив виски, я морщусь. Дышу через раз.

— Эй, папаша? Поплыл? — спустя пару секунд уточняет Альберт.

— Да иди ты! — шепчу.

И, поддавшись порыву, то самое слово, которое только что произнесла Алиса, я адресую ей. Марине. Звонить не хочу. Не при Алике. Просто пишу ей:

«Спасибо».

«За что?», — пишет она через несколько долгих минут.

Я про себя усмехаюсь. И шлю фотографию пса. Только что на странице Алисы она появилась. А ещё лучше, фото Алисы с собакой в обнимку.

Марина, увидев её, отвечает мне классом. Подняв вверх большой палец и оценив эти фото. А мне почему-то досадно. И хочется большего! Только чего? Не пойму.

Бумаги от риелтора я получил. Но ещё не смотрел. Договор «купли-продажи». Всё оформлено правильно. Главное, деньги пришли! Однако же я не спешу переводить их на счёт, ни Дашкин, ни Маринкин. После такого ко мне отношения, я не уверен, что нужно. Одна осыпала папу бумажками, на глазах у зятька. Другая решила избить напоследок! И ещё эта кошка...

В общем, я пока размышляю, что делать. Возможно, куплю другую квартиру, себе. Точнее, нам с Лидой. Ведь она же однажды вырвется из этого порочного круга? Мы вырвемся. Либо вдвоём, либо вообще никак. Вот так я решил! Я не брошу её.

Поначалу, после общения с Гришей, я поверил, что всё это — неправда, легенда, всего лишь оправдание для измены. Но я не могу поверить в то, что она добровольно сосёт у него. Он не тот, в кого можно влюбиться! А деньги? Что деньги? Никакие деньги не компенсируют унижения, которое я испытал. И которое, как я уверен, всякий раз переживает она. А уж что я переживаю, одному богу известно...