Книга Развод в 45. Двойное предательство переживу назло!, страница 108 – Анна Кривенко

Вячеслав заставил себя успокоиться.

— А ты не задумывался о том, — уточнил он, — почему Маша со своими «подозрениями» пришла к тебе, а не ко мне?

Константин фыркнул.

— Да тут всё понятно. Ты бы не стал её слушать, это очевидно. Носишься с этой Катериной как с драгоценностью. Что вообще на тебя нашло?

— Ничего такого, о чём тебе стоило бы знать, — жёстко ответил Вячеслав. — Я всё понял. Спасибо за заботу.

Последняя фраза была преисполнена сарказмом.

После этих слов Вячеслав схватил со стула куртку и выскочил в коридор. В офисе, найдя взглядом Машу, он стремительно подошел к ней и грубо схватил за руку, заставляя подняться на ноги.

— Вячеслав Андреевич, вы делаете мне больно! — воскликнула она.

Остальные женщины испуганно глазели на происходящее.

— Екатерине тоже было больно, когда её хватали полицейские, — процедил Вячеслав. — А теперь пойдём.

— Куда? — испугалась Маша.

— Как «куда»? — усмехнулся Славик. — В полицию, конечно же. Будешь давать настоящие показания.

Маша побледнела, попыталась свалиться в притворный обморок, но Вячеслав грубо её встряхнул.

— Одевайся. И не смей устраивать здесь свои лживые представления!

В комнате появился Константин. Вячеслав повернулся к нему и холодно бросил:

— Если хочешь хоть немного искупить свою вину, советую поехать вместе со мной…

* * *

В кабинете следователя пахло старой бумагой и чем-то тяжёлым, прокуренным. Я сидела за столом напротив хмурого мужчины и сжимала руки на коленях, стараясь удержаться хотя бы за остатки самообладания.

— Я ни при чём, — пыталась объяснить в который раз. — Я даже не понимаю, что происходит!

Но мои слова никого не интересовали.

В этот момент дверь распахнулась. Я вздрогнула. В кабинет уверенной, почти угрожающей походкой вошёл Вячеслав, ведя за собой Машу — буквально таща её под локоть. Следом брёл Константин, уже не такой самоуверенный, как утром.

Уверенность на лице Вячеслава принесла огромное облегчение. Я почувствовала — он сделает всё, чтобы остановить это безумие. Сердце забилось быстрее, впервые за день пробиваясь сквозь липкую панику.

Маша выглядела растерянной, сбитой с толку. Неуверенный шаг, дрожащие пальцы — ни намёка на ту стальную хватку, что была у неё на работе. Я боялась только одного: чтобы она не стала жаловаться на Вячеслава, не попыталась выкрутиться, подав заявление о насилии. Но, кажется, она была слишком напугана, чтобы на такое решиться.

Вячеслав сразу подался вперёд:

— Я требую немедленного пересмотра дела.

Он резко повернулся к Константину. Тот замялся, побледнел и начал мямлить что-то невнятное.

— Я… я отзываю заявление, — наконец выдавил он из себя.

Следователь поднял брови, но, не тратя времени, открыл на компьютере видео — то самое, что служило «доказательством». Я наклонилась ближе… и поняла, что вижу себя. Я — вчера. Неужели съемка велась скрытой камерой?

«Маша», — мысленно прошептала я, медленно поднимая взгляд на сестру.

Её лицо застыло в каменную маску — ни эмоции, ни дрожи.

На экране я подошла к тумбочке и случайно задела локтем цветочный горшок. Камера сдвинулась. Ракурс изменился, и в этот момент в комнату вошёл Вячеслав. Обнял меня, поцеловал… Но его лица почти не было видно. Только силуэт, голос…

Следователь повернулся ко мне, потом снова взглянул на экран: