Книга Ребенок его любовницы, страница 116 – Анастасия Тьюдор

Уедет? Останется?

Блин, почему все так сложно?

Я не уверена в том, что мое предложение – правильное. Да и не вкладывала я в него никакого интимного подтекста. Что нам мешает переночевать в одной кровати? Просто переночевать? Как друзья? Приятели, вынужденно оказавшиеся в такой ситуации.

Мысленно закатываю глаза. Действительно. В Москве так мало хостелов и отелей, бедняге вот совсем негде переночевать.

Наблюдаю за тем, как Клим приближается ко мне с небольшой кожаной дорожной сумкой в руках. Останавливается напротив, изучает мое лицо. Морщится, между бровями залегает маленькая морщинка.

Я молчу. Не стану повторять свое приглашение. Если весь сегодняшний вечер – причудливая шахматная партия, то сейчас его очередь делать ход.

И он делает.

— Пойдем? – тихо спрашивает, глядя мне в глаза.

Киваю и иду к лестнице. Мой номер на третьем этаже, нет смысла торчать у лифта. Спокойно поднимаюсь по ступенькам, лопатками ощущая его взгляд. И не могу сдержать радостную улыбку.

Я волнуюсь, как подросток перед своим первым в жизни свиданием. Поэтому не удивляюсь, когда вставленный в замочную скважину ключ заедает.

— Черт, – тихо ругаюсь себе под нос.

— Дай помогу, – звучит у меня над ухом.

Клим оказывается рядом. Окружает со всех сторон, перехватывает из моих пальцев застрявший ключ и замирает. Моя спина упирается в его грудь, левая лопатка улавливает отголоски его сердцебиения. Слева и справа – его руки.

Мы оба не двигаемся, растягивая эти секунды, превращая случайные касания в почти что самые настоящие объятия. Горячее дыхание обжигает чувствительную кожу на шее, и я прикрываю глаза.

— Черт, – вновь ругаюсь, еле шевельнув губами.

Замок щелкает, дверь с тихим скрипом приоткрывается. Я отмираю и делаю шаг вперед. Суечусь. Зажигаю свет, бросаю ключи на тумбу, разуваюсь и безумно боюсь посмотреть на Клима.

Запястье попадает в ловушку сильных пальцев. Он тянет меня на себя, кончиками пальцев дотрагивается до подбородка и заставляет запрокинуть голову. Губы опаляет сначала его жаркое дыхание, а после и мягкие, уже знакомые мне губы. Осторожный, сумасшедше нежный поцелуй кружит голову и сжигает в легких крупицы кислорода, но я только сильнее цепляюсь за плечи Клима и убью любого, кто помешает происходящему продолжаться.

Не знаю, сколько времени проходит. Секунда, минута, часы… Для меня время теряет ценность, не играет никакой роли, потому что я с головой окунаюсь в эти ощущения.

В груди трескается лед. Корка осыпается мелкой крошкой и, кажется, хрустит у нас под ногами.

Хочется захныкать, когда Клим отстраняется. Ласково целует в уголок губ и с тихим смешком шепчет:

— Напоминаю тебе – я джентельмен.

— И что это значит?

— Я не сделаю ничего, пока дама не попросит, – пожимает он плечами и пытается отступить, но я хватаю его за руку. Мы теряем равновесие, покачнувшись, спиной ощущаю твердость стены, справа от моего лица оказывается его рука. Долго смотрю ему в глаза, на что он только прищуривается с нескрываемое иронией во взгляде.

— Поцелуй меня еще, – сдаюсь, наконец, я.

Он медленно наклоняется, смотрит на мои губы. Вновь осторожно касается моих губ, но уже через секунду прорывается его нетерпение, и поцелуй становится головокружительным, сумасшедшим и порывистым. А потом Клим подхватывает меня на руки и несет к кровати.