Книга Ребенок его любовницы, страница 103 – Анастасия Тьюдор

Я подошел к девушке и выглянул в окно. Тихий двор с небольшой детской площадкой и припаркованными машинами. Ничего необычного.

— Мне нужно ехать, – повернулся я к Ксюше. – Самолет через три часа. И, знаешь… Бывший твой – мудак.

Мое заявление явно ее удивило. На мгновение нахмурившись, Ксюша улыбнулась, но эта улыбка выглядела как-то неуверенно.

— Мне жаль, что вам пришлось это выслушать.

— Жалеть нужно не тебе. – Взял ее за руку и как идиот уставился на тонкие пальцы, контрастирующие с моей крупной ладонью. – Он просто перекинул свою вину на тебя. Так ведь проще закрывать глаза на свои промахи.

— Верно, – вздохнув, согласилась Ксюша. – Просто… Он упомянул об одном событии… Я хочу сразу прояснить: у меня был нервный срыв. Так я на людей не бросаюсь.

— Я и не думал причислять тебя к тем, кто бросается, – улыбнулся, посмотрев ей в глаза.

— На тебя я тоже бросилась. Забыл?

Осознав, что она вспомнила наш поцелуй, торопливо успокоил:

— Против таких атак мужчины обычно не возражают.

— Ты возразил, – растянула она губы в очередной горькой усмешке.

Между нами повисла неловкая тишина. Я понимал, что нужно ответить, возможно, перевести этот диалог в шутку, но вместо этого опустил взгляд на губы девушки. Они дрогнули.

Да. Возразил. Но почему-то сейчас мои возражения показались мне до чертиков нелепыми.

На запястье пискнули смарт-часы, которые вырвали нас обоих из этого странного оцепенения.

— Мне нужно ехать, – снова повторил я, разжимая пальцы и выпуская ее ладонь на свободу.

— Верно, – снова вздохнула она и улыбнулась.

Я открываю глаза и трясу головой, чтобы вернуть себе ощущение реальности. В которой нет сочинского солнца и красивой девушки передо мной, зато есть детский гомон, доносящийся с улицы, и духота, приправленная бледно-серыми тучами.

Хочется пить, поэтому я достаю бумажник, хватаюсь за ключи от арендованного авто… и замираю.

Прямо передо мной, по мокрому после небольшого дождя тротуару идет девушка, лицо которой я узнаю из тысячи. Слишком часто видел ее фотографию, прикрепленную к анкете суррогатной матери.

Но еще до того, как обрадоваться столь неожиданному подарку судьбы, осознаю, что Лида идет не одна. С ней молодой парень, мой ровесник, и девочка лет пяти.

Я сбит с толку. В изумлении рассматриваю приближающуюся троицу. Девочка что-то со смехом рассказывает, взрослые со снисходительным вниманием ее слушают. Лида снимает сумку с плеча и достает из нее что-то. В приоткрытое окно автомобиля влетает мелодичный перезвон ключей.

Отвешиваю себе мысленную затрещину, тем самым выводя тело из оцепенения. Распахиваю дверь и быстро выскакиваю из машины, боясь упустить тот момент, когда Лида со своими спутниками скроется за дверью подъезда.

— Шагина Лидия Ивановна? – окликаю я девушку.

Она оборачивается, чуть притормозив, и смотрит на меня с недоумением.

— Да? – отвечает немного растерянно.

— Меня зовут Клим. Я брат Евгении Семеновой.

— Евгении Семеновой? – переспрашивает Лида, окончательно остановившись в шаге от подъезда. Парень, сопровождающий ее, тоже тормозит и придерживает девочку. Я хочу пояснить сказанное, но вдруг лицо девушки искажает вспышка паники. Она сглатывает, я стою шагах в десяти от нее, но все равно могу различить, как подрагивают ее губы. – Милый, – оборачивается она к спутнику, – поднимайтесь, я поговорю с этим человеком. Это брат моей… однокурсницы.