Книга 220v - Лихие, страница 55 – Кира Cherry

— А ну паршивка, чего творишь? — рычит дедок, судорожно сматывая свою удочку, когда проплываю рядом, — Всю рыбу распугала, чертовка!

— Какая рыба в двадцать девять градусов, старый, — технично гребу на спине, закидывая руки, — она вся на дно ушла, не разводи меня, — хохочу.

— Ах, какая умная, а мы по твоему, что здесь делаем? — морщит загорелый лоб и седые брови.

— От своей старушки отдыхаешь, чтобы не запрягла работать, — подмигиваю, отплывая.Вечерами все яства с огорода, сегодня — это жаренная картошка на шкварках с грибами и салатом из свежих овощей.

— Ма, а от куда у тебя самогон? — жуя зеленый лук, морщусь от горячительного напитка, которым мама все таки поделилась.

— Иринка в гости захаживала как-то на баньку, вот и притащила, — уставившись в кроссворд, вертя авторучкой, — Александра, одну стопку, не более! — поднимает на меня глаза, кидая строгий взгляд из-под приспущенных очков.

— Да-да, боюсь вторая меня срубит, — смеюсь, закидываю в рот ложку жаренной картошки, ощущая очень стремительный эффект от горилки.

— Ой, ты погляди...бедные мальчишки, — кивает головой, уставившись в телевизор, просматривая криминальные новости, где демонстрируют очередное заказное, в ходе которого убиты комерс и его охрана.Молнией прошибает все тело, стоит лишь бросить мимолетный взгляд на экран и все всплывает, рассеивается словно туман, моя жизнь, связанная с ними, с этим грязным миром, что показывают по ту сторону экрана.

— Сами виноваты, туда им дорога! — произношу в пол голоса, озлобленно таращусь в телевизор.

— Саня, как ты такое можешь говорить? — ахнула мама.

— Ма, ты не знаешь, какие они ублюдки, все и сколько они жизней сгубили, ради своей выгоды. Вот этот комерс, думаешь, на какие бабки выстроил себе такой замок? Я тебе отвечу, на грязных делишках и перешел дорогу такому же ублюдку.

— Ой, ладно, — махнула рукой, считая все сказанное моим бредом, — в баню еще пойдешь? — подходит к столу, убирая от меня по дальше бутыль с самогоном.

— Неее, я готова на сегодня, ты из меня всех чертей выбила, березовым веником, — зевая, отмахиваясь.

— Тогда иди открой заслонку и баню на проветривание. Спать вон хочешь уже, — улыбается, убирая со стола посуду.

— Спасибо, мамуль! — целую в щеку.Ныряю в калоши, на пять размеров больше моей ступни, запахиваюсь в мамин огромный халат, выхожу на крыльцо. Почти на ощупь захожу в темную баню, открываю заслонку, двери и несусь обратно по узкой тропинке, как будто, за мной гонится сам леший, спотыкаясь в темноте раз десять.

Заглядываю к окно, убедившись, что мама смотрит телевизор, достаю припасенную сигаретку, украдкой закуриваю, усевшись на крыльцо, всматриваясь в темноту, прислушиваясь в окружающие звуки, шелест деревьев, стрекотание кузнечиков или светлячков. За неделю, я невероятно расслабилась и наконец смогла насладится летним солнцем, умиротворяющей тишиной природы, на время откинув свои проблемы и неприятные воспоминания, оставив свою кипучую и опасную городскую жизнь, куда мне придется возвращать со дня на день — в свой персональный адский котел.Встаю, хочу уже уйти, как замечаю вдалеке, по проселочной дороге движение авто. Напряженно вглядываюсь в даль на приближающиеся фары. По крепче подпоясываюсь и молю богов, чтобы не по мою душу.