Книга Твой Хозяин из тени, страница 16 – Кира Cherry

— Хобби? «Золотой» красавчик обучает экономике зажравшихся мажоров. Значит, он такой же задрот, как и ты, — вскинув голову к небу, улыбается. — Везёт же некоторым: и мозги, и деньги, и рожа такая, что хоть на обложку грехопадения ставь. Ладно, задротка, пошли. У нас работы выше крыши, моя курсовая, еще этот зачет по экономике. Чувствую, через неделю, Волков раком нас поставит на своем столе.

Неделя закрутилась в привычном ритме, но для Кати она стала персональным адом. Она вгрызалась в учебники, заставляя себя зубрить сухие определения, но строки плыли. Стоило закрыть глаза, как перед ней возникал черный визор, слышался вибрирующий голос. По ночам она металась по простыням, прислушиваясь к гулу байков за окном. Каждый рев мотора заставлял её сердце пропускать удар, а внутренности сжиматься.

Она ловила себя на постыдных мыслях: как бы он прикоснулся к ней там, за ангаром? Какие на ощупь его губы? Какие бы были касания его рук: нежные или жесткие? От этих фантазий волны жара окатывали её тело. Смотря на его фото, изучая каждую деталь одежды, открытых участков кожи, его рельефный торс, широкие плечи и небрежные позы, её пробивало мучительной пульсацией, а трусики намокали от порочного желания.

Она начала осторожно, как бы невзначай, расспрашивать опытную подругу: «А как это...в первый раз? Это больно? Или...как то иначе?». Жанна лишь загадочно улыбалась, не подозревая, какая буря бушует в голове «тихой отличницы».

Она все больше сидела на форумах, боясь пропустить от него сообщение, или о нём, между парами, уже по привычке, она заглядывала в новостную ленту групп байкеров города, в надежде увидеть его новое фото, след, узнать любую новость про призрачную тень — Штейн.

А в это время она не замечала, что он был всегда рядом. Порочный, изучающий взгляд мерцающих глаз впивался в её фигурку. Он видел всё: и покрасневшие о недосыпа глаза, и грустный потерянный взгляд, и даже её присутствие в группах байкеров. Он тихо ликовал, тихо предвкушал аромат этой нетронутой розы, подмечая каждую деталь, готовясь сорвать её именно тогда, когда она сама попросит, когда её страх отступит. Когда её одержимость возьмет верх.

В пятницу вечером он стоит у окна, выходящим на аллею перед университетом. Длинные пальцы медленно, почти интимно гладят фарфоровый ободок чашки. Весь его мир сейчас сузился до одной точки. Нежная, хрупкая девочка с лазурными глазами, в которых сейчас отражались первые капли дождя — такие же чистые и искрящиеся, как она сама.

Он вспоминает её испуганный взгляд в ту ночь знакомства, её дурманящий аромат и тот нежный боязливый румянец, что расцветал на её щечках при каждом резком слове.

— Обернись, моя Снегурка, — прошептал он в пустоту, глядя на неё.

Его взгляд, тяжелый, властный, казалось, физически прожег дрогнувшие лопатки девчонки. Катя, ведомая необъяснимым импульсом, потерянно обернулась и резкий порыв ветра бросил волнистые пряди волос на её щеку. Она пробегалась взглядом по студентам, подправляя лямку сумку.Уголки его губ приподнялись в едва заметной, победоносной улыбке. Он уже видел её замешательство, её покорность этой невидимой связи.

— Умничка, — чувственные губы касаются края чашки. — Скоро, моя маленькая, скоро...

Субботу Катя ждала, как никогда. Она весь день ходила сама не своя, пока наконец не решилась, осторожно спросить Жанну, можно ли ей поехать с ней, на очередную тусовку в уже знакомом месте. Подруга только подмигнула — она была рада, что «серая мышка» наконец-то добровольно скидывает цепи своей непорочности.