Книга Мистер Пошлость, страница 3 – Елена Рай

🌸Телеграм каналЗДЕСЬ.

Глава 2

Итак, анкета.

На первый взгляд ничего сложного. Сиди на жопе ровно и сочиняй свою альтернативную жизнь, какой ты славный работник.

Такая писюлька буквально кричит: «Открой глаза, олень! Разве, ты не видишь ангела во плоти с семью руками для твоих нужд? Бери и не ропщи, что он или она уходят в 17:45. У них дети, мужья и жёны или электричка, которая ходит раз в час» (список можно продолжать до бесконечности).

Так, так!

А чего это брюнетка «так» на меня смотрит?! С презрением. Носик «а-ля шЕдевр пластической хирургии» сморщила в гармошку.

Верчу головой по сторонам. Мало ли. Может, мне показалось! А-н, нет.

Когда «кажется», сами знаете «что», но трусы на себе лучше проверить.

— Что-то не так? — наклоняю корпус тела в её сторону. — Неужели, что-то между зубов застряло?!

— Нет, — отводит взгляд в сторону, словно у меня изо рта помоями понесло.

— Тогда можно я спрошу?

— О чём? — без заинтересованности. Ещё и локон волос на палец накручивает.

Знайте, девочки.

Когда перед вами такая «постановка», то за ней – неуверенность, необразованность и склочный характер. Вы тут ни при чём!

— У вас есть страховка на случай, если, допустим, случайно ударили дверью по вашему миниатюрному носику? Уверена, что он от «природы» такой, то есть на зависть всем.

Молчание – знак согласия?

Нечленораздельное мычание – отрицание?

Этой барышне удалось и то и другое совместить.

Про себя произнесла: «Мне с ней детей не крестить».

И забыла.

— Оль, он такой… Ну, секс, понимаешь? Весь из себя такой брутальный! О-о-о, эти глаза, а задница… — тихо шепчет по телефону рыжуля, что сидит сбоку от меня. — Я надела провокационные трусики. Когда я сяду, он заметит. Место будет моим.

«Где я так согрешила?» — мысленно обращаюсь к своей Музе.

— Не будет, — тяжело вздыхаю я. — Лучше прямо сейчас обратить свой ясный взор на выход и забыть сюда дорогу.

— Почему? — смотрит в мои глаза она.

— Мужиков с такими «глазами и задницей» труселями из секс-шопа не удивишь, — пропускаю смешок, вроде как сочувствующий. — Если удивлять, то сразу приходить в чём мать родила. И в фас и в профиль… Чтобы не задерживать его пустой болтовнёй.

Почему она на меня обиделась?

Отсела.

Присела как раз к той, что по десятому разу малюет губы красной помадой.

— Держите, — протягиваю бумажную салфетку. — По подбородку уже потекло.

И эта обиделась.

Девица у окна (моя четвёртая жертва троллинга) подкладывает в бюст салфетки. Жаль, что она не видит того, что вижу я – левая больше правой наполовину.

— Блять! — взвизгиваю я от испуга.

Пятая девушка красила ресницы с таким выражением лица так, что я осталась неравнодушной.

— Извините, ногу свело, — нахожу логическое объяснение своему поступку, — а вам могу дать влажную салфетку, — обращаюсь к той, из-за которой всё и случилось.

Теперь на её лице росчерк от щеточки для туши.

Ещё одна обиженка.

Как они работать собрались?

Я глупая, а они в «теме»!

В самом углу комнаты сидит девушка. Милая такая. В очках. Волосы собраны на затылке в хвостик. Скромно одетая.

Это мой главный конкурент!

— Как дела? — подсаживаюсь к ней я. — Что-то вы бледная. Душно? Могу открыть форточку, если она здесь есть.

— Нет, спасибо, — скромно улыбается она мне, — я курьер.

— Так, передай секретарю и едь обратно.