Книга Большая месть маленькой женщины, страница 29 – Елена Рай

— Мамочки-и-и, — прикрываю рот ладонью, когда Берёзка разбивает часть стеклянных вставок во входной двери.

И пока я пытаюсь дозваться того контуженного, что не слышит прямых приказов, Степан врастает на пути Гектора.

Замах. Удар.

Замах. Удар.

Удар.

Гектор в нокауте.

— Чем вы его кормите?! — обращаюсь к Мирону Тимофеевичу по сути с риторическим вопросом. — Терминатор, блять! Ты что… Убил его?! (Матерное слово зазвучало как симфония в общей какофонии звуков.)

Доползла.

Подставила стёклышко ко рту.

Запотело.

Глава 17

— Стёпа, отойди ты от него! Видишь человеку плохеет, когда ты приближаешься! Сиди в углу! Наказан!.. Всех решил перемочить, медведь глухой.

— Извините, я же не специально, — тяжело вздыхает, пожимая плечами.

— Твоё «извините» к ране не приложишь, — бубню себе под нос, обрабатывая огромную ссадину на скуле Гектора, — если верить в астрологию, то у этого буйного имеется вторая половинка. Такая же шизанутая, небось.

— Гель, подумай о своём воспитании. Девочка взрослая, а в неприятности влетаешь, как кулак этого Терминатора без торможения. То есть, не думая вообще.

— Я оставила тебя разбираться с любовницей, — шиплю сквозь зубы.

— С бывшей любовницей, — отвечает мне в тон он, — я вообще с ней мог ничего не обсуждать. Одного проигнорированного звонка вполне бы было достаточно для завершения подобного рода отношений.

— Хотела поступить как человек с человеком, а не как человек с дворняжкой. Что у вас было или будет – меня не касается.

Болезненный шлепок прилетает мне по заднице.

Очень жаль, что чувствительность вернулась в полной мере.

— Это было больно! — прижимаю ладонь там, где всё горит.

— Молодые люди, — вклинивается в нашу перепалку Мирон Тимофеевич, всё это время наблюдавший за ними с налётом улыбки на губах, — пожалуй, пришло время поговорить. Если конечно ты, Геля, доверяешь своему мужчине.

— У нас всё очень сложно, — к щекам приливает жар возбуждения от воспоминаний прошедшей ночи, — точнее, я его мало знаю.

— А выглядите так, будто женаты и очень даже счастливы.

— НЕТ! — дружно рявкаем в ответ.

— Очень интересно, — склоняет голову набок, — занятно будет убедиться в обратном.

Завершив отрабатывать минимальные навыки медицинской сестры, сворачиваю аптечку.

Напоследок промыть бы хорошенько Гектору рот мирамистином, чтобы глупости не говорил!

— Даже не думай, булочка моя, — запихивает в коробку то, о чём я только что думала, — по стопам твоего муженька я не пойду.

— А я его не заставляла, — хмыкаю, — этот долбоящер рассчитал дозу до скорой, чтобы в больничку прилечь на время. Пришёл в сознание – сразу наябедничал, да неправду. Мало ли, что подтвердили другие долбоящеры на том совместном ужине. Коллективный разум, — кручу пальцем у виска, — самый «достоверный» у следователя.

— Всё так, всё так, — подтверждает мои слова Мирон Тимофеевич.

— Всему виной какие-то счета, оставленные отцом. Сумма большая. Аркадий все шесть лет пытался выведать у меня информацию. Я же как на ладони была, а он этим пользовался на вполне законных основаниях. Устал изображать «любящего мужа» и пустился во все тяжкие. Если бы не ты, Гектор… Точнее то, что я увидела в «Дикой кошечке», — сглатываю, — не нашли бы меня, вот.

— Как это понимать?! — подскакивает на ноги Гектор, но сразу же плюхается обратно.