Книга Черные галстуки и невинная ложь, страница 70 – Кэт Синглтон

— Чудесные! – хвалю я. Не представляю, какая твердая нужна рука, чтобы создавать ножом такие детали. Такое мастерство впечатляет.

Она согласно мычит и идет в комнату не больше моей в квартире Бэка. Женщина машет мне в сторону двух стоек с вешалками.

— Боюсь, ничего другого у нас нет, – она проводит по Бэку взглядом от самой макушки до пят. – Не знаю, пойдут ли вам.

Он делает шаг вперед и начинает просматривать одежду.

— Что-нибудь найду, – он снимает худи и смотрит на ярлычок. Видимо, требованиям он соответствует, поэтому Бэк передает худи мне. – Возьми.

— Оставлю вас наедине. Возвращайтесь к стойке, как найдете все, что нужно, и я пробью покупки.

Я вежливо улыбаюсь:

— Спасибо.

Бэк трясет в руке худи, чтобы я забрала его.

— Бэк, оно раза в три больше меня.

Он продолжает выбирать одежду, на меня даже не оборачивается.

— Это самая теплая ткань. У тебя уже губы посинели от переохлаждения, так что плевать я хотел с высокой колокольни, велико тебе оно или нет, лишь бы согрело.

Я закрываю рот, потому что такого ответа не ожидала. Его слов достаточно, чтобы запустить по телу волну тепла. Он поворачивается, удивленный моим молчанием.

— Спорить не будешь? Я в шоке. Я-то думал, ты твердо намерена оспаривать сегодня каждое сказанное мной слово.

Я хмыкаю и прижимаю худи к груди. Продеваю ладони в рукава, наслаждаясь мягкостью ткани, фетр так приято греет холодные пальцы.

— Я бы так не сказала. Я просто пыталась доказать тебе, что мы зря выехали на трассу в метель.

Он снимает с вешалки пижаму в клетку, проверяет размер. Рычит. Я еле сдерживаю улыбку. Крутой и серьезный Бэк рассматривает комплект пижамы в черно-красную клетку, прямо на груди вышит мишутка и надпись: «Пора в спячку!». Рисунок хорошо бы смотрелся на пижамке для ребенка, а не взрослого мужчины.

— Больше ничего моего размера нет, – стонет он.

Я поднимаю худи повыше.

— Оно тебе точно как раз, – я делаю шаг к стойкам с вешалками, хочу найти смешную пижаму своего размера. Они не такие теплые, как худи, но все лучше ледяной одежды.

Бэк резко поворачивается ко мне, сокращает между нами расстояние, пока наше дыхание не смешивается.

— Ты меня не слушаешь? Я не стану надевать самую теплую вещь, тебе нужнее! Так что ищи подходящую пару штанов и пошли купим остальное!

Он оставляет меня одну смотреть на его удаляющуюся спину. Челюсть у меня отвисла. В конце концов я нахожу пару подштанников, которые точно надевают под лыжный костюм, но лучше я уже не найду в этих условиях.

Бэка я нахожу с целой кучей товаров для умывания в руках. Две зубные щетки падают, когда он берет до кучи две зарядки.

— Помощь нужна? – предлагаю я, делаю шаг навстречу. Голос звучит как-то странно. Голова – и кое-что между ног – еще трепещет от его властного, но нежного тона.

— Справлюсь, – бросает он.

— Ладно, – бубню себе под нос. Оставляю его одного и отправляюсь на поиски перекуса. Мы ели целую вечность назад. Может, когда Бэк поест, он немножко подобреет. Я на это надеюсь. Ночь наедине с недовольным Бэком в заснеженной гостинице – не самый приятный способ переждать метель.

Я встаю перед скромной витриной с едой. Выбор мог бы быть и побогаче, но и хуже тоже. Красная лакрица – моя главная слабость – у них есть, так что жаловаться не буду. Забиваю руки прямо как Бэк, только едой. Беру копченые колбаски местного производства и чипсы. Подхожу к холодильнику и беру несколько бутылок воды.