Книга Искушение офицера, страница 37 – Таня Поляк

— Боже, какой кайф, — выдыхает Арина. — Я сейчас умру от восторга.

— Ну покажи, что ли, — с улыбкой прошу её спустя минуту, когда Саша смог оторваться от моих губ.

Арина показывает фото, и я восхищённо охаю.

— Обещаю, ты будешь реветь, когда я пришлю тебе все файлы, — говорит она. — Готовы ехать, молодожёны?

— Да, — отвечаем одновременно.

Сначала у нас роспись в ЗАГСе. Мы с Сашей захотели классический вариант свадьбы, без постановок у арки в ресторане. Потом небольшая фотосессия на нескольких локациях города, а после — банкет.

Церемония проходит мимо меня. Я волнуюсь безумно, почти не слышу слов регистратора, но «Да» говорю громко и чётко, чем вызываю довольную улыбку на лице Саши.

Первый поцелуй мужа и жены, первый танец мужа и жены в ЗАГСе, поздравления родных, десятки букетов, и я, наконец, осознаю, что стала женой самого потрясающего мужчины в мире.

— Ну всё, Семёнова, — говорит Саша, когда выносит меня на руках из ЗАГСа, — теперь ты навсегда моя.

— Навсегда, Саша…

Мне не страшно было перерезать провод, идущий к бомбе. А сейчас руки трясутся, когда мне дают возможность перерезать пуповину. Я не чувствую холода металла ножниц, потому что у самого руки ледяные от волнения.

— Вот здесь, — медсестра указывает мне на точку пуповины, я киваю и поднимаю взгляд на Леру.

На её губах счастливая улыбка, в глазах стоят слёзы. Моя любимая, самая сильная в мире девушка только что подарила мне сына. Она пережила адскую боль, но по ней сейчас и не скажешь. Лера будто в одну секунду забыла обо всём пережитом часом ранее, когда услышала крик малыша.

— Давай, Семёнов, — подбадривает меня, и я делаю разрез.

— Молодец, папочка.

Малыша забирают, чтобы зажать пуповину специальной прищепкой, а я возвращаюсь к жене. Осторожно убираю волосы с её лица и целую в губы.

— Я тобой восхищаюсь, Лера.

— Да ладно, — тихо смеётся она.

— И что, готова за вторым? — спрашиваю с улыбкой.

— Если ты будешь рядом, то можно потом и за третьим, — отвечает уверенно.

— Вот это хороший настрой, — хвалит её Инна Васильевна. — Ты — большая умничка, Лера. Сынок — богатырь. Весь в папу.

Лера расслабленно закрывает глаза и улыбается.

— Я тебя люблю, Саша.

— И я тебя люблю, малыш.

— Наш сын самый красивый.

— Самый красивый, — соглашаюсь тут же. — Ты определилась с именем?

— Данил, — отвечает чуть подумав.

— Ты ведь была против моего варианта.

— Я подумала, что нужно оставить за тобой право выбора имени мальчика. И я его распробовала на вкус. Мне нравится. Данил Александрович. Но девочке имя выберу я, понял?

— Конечно.

К Лере подходит медсестра с нашим малышом и осторожно перекладывает его в её руки.

— Наш мальчик, Данил, — ласково шепчет Лера и целует его в кончик носа. — Мы тебя очень любим, солнышко.

Я осторожно провожу ладонью по его голове. Боже, какой он крошечный. Кряхтит там что-то. Я смотрю на сына и чувствую, как в груди зарождается та самая безграничная, необъятная любовь отца. Я смотрю на сына, на жену и понимаю — вот он, мой мир, моя вселенной, мой смысл существования…

— Мама! — кричит Данил.

— Да, сынок.

— А когда папа придёт?

— Скоро, зайчик.

Он задаёт этот вопрос уже пятый раз. И пятый раз слышит, что папа скоро придёт. И я знаю, что, если Саша не придёт через одну минуту, я снова услышу тот же вопрос.