Книга Два Феникса, страница 108 – Лиза Мидлевская

Чтобы удержаться и ничего ей не сделать, я молча вышел из кабинета. Какое-то время пребывал в шоке. Не веря, что все происходящее не сюр, а самая настоящая реальность…

А еще я думал о том, как мало мы знаем о людях, которые окружают нас. Как часто мы не замечаем очевидных вещей. И того, что происходит с другими. Ведь очень часто наше невнимание, зацикленность на своих проблемах, на том, что нам кажется важным и неотложным приводит к трагедиям.

Уметь остановиться и увидеть самую суть. Протянуть руку помощи тому, кто в этом нуждается. Подарить тепло и отдать частичку души тому, кому это нужно. Так правильно. Так живет Яна. И я хочу также. Вместе с ней. Рядом.

ДЕМИД

Я провел в Голландии несколько дней. Сегодня последний. Утрясли с клиентами все вопросы и перед моим отъездом заехали в ресторан.

Мы как раз возвращались из внутреннего дворика, куда выходили покурить, когда увидели, как к ресторану подъезжает семья на велосипедах. Для Голландии велосипеды не редкость, здесь это основное средство передвижения. Но именно эти люди привлекли мое внимание. А потом сердце сделало кульбит и заколотилось в бешеном ритме. Яна! Это была она! Со своими детьми, я так понял, и… с бывшим мужем?

Они припарковали велосипеды и направились ко входу в ресторан. Марк — высокий крепкий мужик. Высокая стройная девушка, она очень похожа на Яну, только темноволосая, в отца. Парень, с Яной сходства не имеющий от слова совсем. Такой же бугай как и его отец, мышечную массу еще поднаростит и будет таким же здоровяком. Яна среди них была самая маленькая и миниатюрная. Так и не скажешь, что мать семейства. Фарфоровая статуэтка с большими печальными глазами.

Наш столик был в глубине зала. Мы его специально выбрали, чтобы побеседовать в уединении. Семейство Вогелей как назло разместились таким образом, что они отлично просматривались с нашего места. Марк все норовил приблизиться к Яне и вклиниться в ее личное пространство, но ее оберегал (не побоюсь этого слова) сын. Он как-то незаметно оттирал ее бывшего от нее и всегда был рядом.

— Какие красивые люди, — сказали партнеры, проследив за моим взглядом. — Это братья-сестры? Отец с детьми?

— Это родители с двумя детьми. Они двойняшки, хоть и не похожи совсем.

— Ну надо же. Какая интересная семья! Вы знаете их?

— Да. Это мои соотечественники и мы немного знакомы, — нехотя ответил я и вернул беседу в первоначальное русло. Но взгляд мой то и дело возвращался к Яне.

Я сразу уловил момент, когда она почувствовала мой взгляд. Напряглась, выровняла и без того идеально ровную спину, сделала поворот головы, но в последний момент не позволила себе обернуться и встретиться взглядами. Замерла и выпрямилась еще больше. Так и просидела весь обед, напряженная и ровная. С гордо поднятой головой.

Я же не мог оторвать взгляд от нее. От изгибов тонкого тела. От изящной шеи. От легких завитков волос, выбивающихся из традиционно небрежного пучка. Яна. Такая близкая и такая далекая… Эта семейная поездка — совместное времяпровождение с детьми или воссоединение семьи? Кто даст мне ответы на мои вопросы?

Когда я ехал сюда, по радио крутили достаточно известную песню НЮ «Больше не полетаем» в новом исполнении Kamik. Грустный мотив нервировал меня и я переключился на свой плейлист. Сейчас же, глядя на Яну, на ее семью в голове на повторе крутились строчки из песни (даже не думал, что так отложатся в памяти):