Книга Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь, страница 117 – Вероника Лесневская

— Опять ерничаешь, Вик, - обиженно тянет Ада и садится рядом с мужчиной, устало склонившимся над столом. – Это Тимур Османов, мой муж и руководитель западного филиала, - высокомерно представляет его и чуть заметно толкает в бок.

— Угу, - мычит приглушенно и, помассировав лобную долю, тяжело поднимает голову, словно она свинцовая. - Рад, - коротко отрезает, будто каждое слово приносит ему боль.

— Доброе утро всем, - чеканит Воскресенский грозным тоном, пока я украдкой поглядываю на его немногословного зятя. - Для начала я хочу заслушать руководителей отделов, - муж зыркает на сотрудников компании, которые до сих пор притворялись статуями и пытались слиться с интерьером, а теперь вытягивают шеи и подобострастно смотрят на босса. – Сегодня ваши отчеты будут построены следующим образом. Сначала каждый из вас должен коротко ознакомить Лилию Владимировну с работой своего отдела в целом, а потом плавно перейти к актуальной информации. Ясно?

— Да, Виктор Юрьевич, - синхронно кивают подчиненные. Не фирма, а фабрика роботов.

Нахмурившись, поворачиваюсь к мужу. Он теплеет, встретив мой взгляд.

— После докладов я распущу всех по рабочим местам, а мы останемся в узком семейном кругу, если ты не против, - мягче говорит со мной.

— Конечно, - поспешно соглашаюсь, чтобы не ставить под сомнение его авторитет.

Начальники отделов принимаются рапортовать о выполненных задачах, при этом каждый хвалит свое болото, расписывая в таких ярких красках, будто именно на нем держится вся строительная компания. На стол перед Виктором один за другим ложатся отчеты, а он передает их мне.

Вскоре я оказываюсь погребенной под бумагами. Данные путаются в голове, цифры и показатели не задерживаются в сознании ни на секунду. Воскресенский задает подчиненным вопросы, ругает за что-то, кому-то выносит выговор, а меня закручивает в непрерывном потоке информации.

Теряю счет времени и просто отключаюсь, сохраняя официальный, внимательный вид. Киваю важно, а сама боковым зрением наблюдаю за сестрой Виктора и ее мужем, который опять уронил голову на сложенные в замок руки.

Что происходит в этой семье?

— Виктор, все так серьезно? – заговорщически шепчет Ада, пока руководители отделов, отчитавшись, постепенно расходятся. – Можно подумать, Лилия тоже будет заниматься бизнесом, - подается вперед, наваливаясь грудью на стол.

— Ты все правильно понимаешь, - кивает Воскресенский, после чего Османов впервые за все совещание вскидывает подбородок. Пристально изучает меня, будто призрака увидел, и его лицо искажает болезненно-хмурая гримаса.

Внимание вынужденного родственника невыносимо давит на меня. Машинально хватаю ручку левой ладонью, хотя сама я правша, и впечатываю в листок для записей до поскрипывания пера. Когда я нервничаю, обычно рисую геометрические фигуры в блокноте, чтобы переключиться, однако сейчас мне удается лишь провести прямую линию, едва не разорвав бумагу. Мой судорожно стиснутый кулак накрывает лапа Виктора, заставляя выронить ручку и расслабить пальцы.

— Лиля, кто ты по образованию? – негромко выжимает из себя Тимур. Покосившись на сурового шурина, переводит взгляд на место сплетения наших рук и спешно добавляет: - Не против, что мы сразу на ты? Все-таки теперь одна семья, - закашливается под конец фразы. Тянется к чашке, делает глоток чая и морщится. Наливает себе воды.