Книга Мой босс: Искушение соблазном, страница 64 – Яна Марс

Она слышала, как тихо щелкнул замок. Сердце ее замерло, а затем забилось с бешеной скоростью. Он вернулся.

Она не пошла ему навстречу. Она осталась стоять в гостинной, у панорамного окна, в полумраке. Единственным источником света была небольшая торшерная лампа, отбрасывающая мягкие, теплые блики на стены.

Марк вошел в гостиную. Он снял пиджак, галстук был ослаблен. Он выглядел уставшим, но собранным. Его взгляд нашел ее в полутьме. Он остановился, изучая ее.

Ариана была одета в один из новых комплектов белья. Черные кружева, едва прикрывающие тело, подчеркивающие каждую линию. Шелк холодно скользил по ее коже. Она чувствовала себя одновременно невероятно притягательной и уязвимой.

Он медленно подошел к ней, не сводя с нее глаз. Его взгляд был тяжелым, оценивающим, пожирающим. Он скользнул по кружевам, по открытой коже, и в его глазах вспыхнул знакомый, темный огонь.

— Нравится? — его голос был низким, немного хриплым от усталости или чего-то еще.

Ариана не ответила — не могла. Она лишь смотрела на него, чувствуя, как подкашиваются ноги. Марк оказался в сантиметре от нее. Его пальцы коснулись кружевной бретельке на ее плече, провели по нему.

— Я представлял тебя в этом, — тихо сказал он. — И в синем. И в красном.

От этих слов ее бросило в жар. Он не просто купил — он выбирал, он фантазировал.

Его руки обняли ее за талию, притянули к себе. Его тело было горячим даже через одежду. Он наклонился и прижался губами к ее шее, чуть ниже уха. Дыхание было обжигающим.

— Я весь день думал о том, как приду сюда, и найду тебя здесь, — прошептал он, и его губы скользнули к ее ключице. — Моя девчока.

Эти слова, произнесенное с такой животной, первобытной интонацией, сожгли последние остатки ее сопротивления. Ариана вскрикнула, впиваясь пальцами в его плечи, в дорогую ткань его рубашки.

Марк подхватил ее на руки и понес в спальню. На этот раз в его движениях не было страсти. Была невероятная, почти невыносимая концентрация. Он не спешил. Каждое его прикосновение было выверенным, каждое движение — ритуалом. Марк исследовал ее тело, как будто видел его впервые, находя новые чувствительные места.

Он не закрывал глаза. Марк смотрел на нее, и в его взгляде Ариана видела и усталость прошедших дней, и ярость, и нежность, и то темное, необъяснимое влечение, что связывало их с самого начала. Она чувствовала невысказанную вслух правду, что витала в воздухе с тех пор, как она нашла ключи и пустые полки.

Она была его. И он, каким-то невероятным, невозможным образом, был ее.

Их ритм был неистовым и в то же время бесконечно нежным. Она плакала, смеялась, называла его имя, а он шептал ей что-то на ухо — обрывочные, хриплые слова, полные той самой правды, которую он не мог сказать при свете дня.

Позже, когда они лежали в сплетении конечностей, залитые лунным светом, пробивавшимся сквозь окно, Ариана прижалась щекой к его груди. Его сердце билось ровно и сильно.

— Спасибо, — прошептала она, не уточняя, за что. За одежду? За ключи? За эту ночь? За все.

Он не ответил. Просто провел рукой по ее волосам, и этот жест был красноречивее любых слов. Она закрыла глаза, слушая его дыхание, и впервые за долгое время почувствовала себя не на краю пропасти, а дома. В самом странном, самом опасном и самом желанном доме на свете.