Книга Мой босс: Искушение соблазном, страница 110 – Яна Марс

— Может, от такой как ты он и не хотел ребенка, — повторила она, наслаждаясь каждым словом. — Но я — другое дело.

С этими словами она повернулась и вышла из туалета, оставив за собой шлейф дорогих духов и сокрушённую, разбитую женщину наедине с её горем.

Ариана медленно сползла по стене на пол. Она сидела на холодном кафеле, обхватив колени руками, и беззвучно раскачивалась. Внутри неё не осталось ничего. Ни ярости, ни боли, ни даже отчаяния. Лишь ледяное, безмолвное оцепенение. Он не только поверил в её предательство. Он не только поклялся её уничтожить. Он отдал предпочтение другой. Другой, которая родит ему "настоящего" наследника.

Её ребёнок, её маленькая, ещё не рождённая надежда, только что получил самое страшное проклятие — его не хотели. Его отец считал его ошибкой, "слабостью", плодом связи с неподходящей женщиной.

Она сидела так, не зная, сколько прошло времени, пока кто-то не вошёл в туалет и не окликнул её испуганно. Ариана поднялась на ноги, не глядя ни на кого, и вышла на улицу. Солнечный свет резал глаза. Она не знала, куда идти. Не было ни дома, ни работы, ни будущего. Была только всепоглощающая тьма. И в этой тьме — крошечная, никому не нужная жизнь, которую она теперь должна была защитить в одиночку.

Солнечный свет, пробивавшийся сквозь панорамные окна пентхауса, казался насмешкой. Он освещал стерильный, идеальный мир Марка Вольского — мир, в котором для неё больше не было места. Ариана стояла посреди гостиной, и её тело всё ещё помнило ледяной холод кафельного пола в том туалете, а в ушах звенел ядовитый голос Миланы:"От такой как ты он и не хотел ребенка. Но я — другое дело".

Эти слова добили её. Они убили не только надежду, но и саму способность чувствовать боль. Внутри воцарилась пустота — густая, беззвучная и абсолютная. Она смотрела на их общую кровать, на его пиджак, небрежно брошенный на диван, на две чашки для кофе на кухне — и не испытывала ничего. Ни ярости, ни обиды, ни тоски. Лишь острое, неоспоримое знание: всё кончено.

ороться? Оправдываться? Доказывать свою правоту? Все силы, все душевные ресурсы были окончательно исчерпаны. Гормональная буря, месяцы хронического стресса, чудовищное предательство человека, в которого она безумно верила, и этот последний, жестокий, рассчетливый удар от Миланы — всё это истощило её до самого дна, до каменного дна, где не осталось ничего, кроме инстинкта самосохранения. Марк никогда не поверит ей. Его мир был примитивно чёрно-белым: он — и враги.

И теперь, по воле обстоятельств и искусной интриги, она оказалась предательницей. Сообщать ему сейчас о своей беременности, в тот самый день, когда он, вероятно, празднует новость о будущем ребёнке с "подходящей", правильной женщиной из своего круга, было бы не только бесполезно и глупо, но и унизительно до слёз. Она не даст ему возможности публично отвергнуть их с ним ребёнка во второй раз. Не позволит, чтобы её малыш, её единственное оставшееся сокровище, стал разменной монетой, пешкой в их грязной, бессмысленной войне.

Ариана прошла в гардеробную, где когда-то он освободил для неё место. Её платья, её вещи… они казались теперь чужими, принадлежащими той наивной девушке, которой она больше не была. Она не тронула их. Пусть всё останется здесь, в этом музее её сломанных мечтаний.