Книга Брак по ошибке, страница 44 – Ая Кучер

Как поместить девушку в условия существования с безумцем.

Ник хмыкает, ему это все доставляет веселье. Скучно жил мужчина, решил жениться! По заказу! Вот он твой заказ!

Я на тонкой грани того, чтобы действительно, не схватить первое, что попадется под руку, и запустить ему в голову.

У меня под кожей будто энергия течет, кажется, если я до чего-то дотронусь оно просто испарится.

— Ого, есть в тебе все-таки огонек, кара, — тянет Ник, продолжая рассматривать меня с довольным интересом.

Я резко выдыхаю через нос. В груди все бьется, ломается, в животе сворачивается жгучий ком.

— Огонек?! — переспрашиваю я, и голос срывается на злую, звенящую ноту. — Ник! Ты вообще нормальный?! Ты вообще понимаешь, что творишь?!

Мужчина смотрит на меня уже внимательнее и серьезнее, но эта проклятая насмешка у него в глазах все равно остается.

И меня от нее просто выворачивает.

— Ты меня позоришь, — выпаливаю я, делая еще шаг вперед. — Ты весь вечер флиртуешь с моей сестрой у меня на глазах! При моих родителях! За одним столом! Ты вообще представляешь, как это выглядит?!

Ник чуть склоняет голову, смотрит на меня, и на секунду мне кажется, что сейчас он, наконец, перестанет ухмыляться. Что сейчас скажет что-то нормальное.

— Тебе не о чем переживать, — Ник чуть пожимает плечами. — Успокойся.

Я тяжело сглатываю, пытаюсь выдохнуть, пытаюсь хотя бы на секунду перестать быть пороховой бочкой. Нужно взять себя в руки.

Я не истеричка, я не сумасшедшая. Я не позволяю себе такие сцены. Драмы эти все, не для меня.

Да и, Ник не настолько идиот, чтобы действительно, иметь какие-то мутки с моей сестрой, когда все считают его моим мужем.

Он нахал и хамло, но точно не тот, кто поступает так мерзко, ведь да?

Внутри это бешеное клокотание на миг становится тише. Совсем чуть-чуть. Пульс перестает бить в голову так яростно.

Я делаю вдох. И тут этот моральный дегенерат, глядя мне прямо в лицо, абсолютно невозмутимо произносит:

— Я не флиртую — я сразу трахаю. Зачем время терять?

И вот теперь, внутри лопается последняя натянутая нить, на которой держались мои воспитание, сдержанность, самообладание.

Негатив, который столько времени копился во мне, находит выход.

— Ты... — я резко хватаю первую попавшуюся подушку с дивана и со всей силы швыряю в Ника. — Ты мерзавец!

Подушка летит прямо ему в лицо. Ник, явно не ожидавший от меня такого, чуть отшатывается и ловит ее в последний момент.

И я вижу как в его глазах мелькает удивление. И это бесит меня еще сильнее.

— Даже не смей! — кричу я, уже хватая вторую подушку. — Ты вообще представляешь, как это выглядело?! Ты весь вечер вел себя как последний...

Вторая подушка летит следом, Ник уворачивается.

— Как последний козел! — заканчиваю я, и сама понимаю, как меня несет, но остановиться уже не могу.

Меня рвет этим выплеском на части. По телу бежит горячая, бешеная волна, дрожат руки, горят щеки, мне становится мало пространства.

Я хватаю с тумбы памятку правил пребывания в отеле и швыряю в него.

— Ты постоянно меня лапаешь!

Бумажки летят ему в плечо. Потом летят ключи.

— Ты несешь какую-то похабную ересь! — я кричу на него так громко и яростно, что у меня начинает першить в горле.

Ключи стукаются о стену рядом с ним и отлетают в сторону. Следом летит в Ника книга, лежавшая на столике.