Книга Завоюй мое сердце, страница 40 – Юлия Крымова

— Тогда у меня плохие новости, — отвечаю, не скрывая язвительной иронии. — Мы заночуем сегодня тут.

Зачем я это говорю и зачем провоцирую ее? Не знаю.

Чтобы вывести на эмоции, наверное. Чтобы выманить из ракушки, в которую она снова спряталась.

Я жду, что сейчас случится взрыв. Как минимум, ядерный. Что Аня вскочит на ноги. Начнет кричать, что она не согласна. Что о таком надо предупреждать заранее. Что… Да в общем-то, будет делать все то же самое, что и любая другая, узнай, что ей придется ночевать в лесу, без личных вещей, косметики и прочего.

Но я точно не готов услышать тихое и равнодушное «ладно».

Несколько секунд я, даже не моргая, смотрю то на Аню, то на Аду, развалившуюся рядом с ней на покрывале.

Опасаюсь, что мне просто послышалось и это никакое не «ладно», а собачий лай. Но потом, глядя как Аня закладывает руки за голову и молча откидывается назад, понимаю, что не зря взял с собой два спальника и походный набор посуды.

Я развожу костер, пожертвовав для этого оставшиеся две сигареты и пустую пачку. Листья чуть влажные, поэтому приходится изощряться.

Зато, когда мы едим горячую, пропахшую дымком картошку с салом прямо в фольге и Аня вдруг восторженно говорит:

— Есть что-то, чего ты не умеешь?

Я понимаю, что не зря старался.

— Комплименты говорить, считается?

— Ну… Не знаю. Надо бы проверить, чтобы делать выводы.

— Ты пиздец какая красивая, Ань.

Это чистая правда. Как и то, что мужчины любят глазами. Только Аню мне хочется залюбить всевозможными частями тела, как бы пошло это не звучало.

— Неплохо. Хоть и есть над чем работать, — смеется, смущенно заливаясь румянцем.

Так я готов! Работать! Прямо не покладая рук и языка. Пусть только скажет как. Но она ведь не скажет. И я знаю причину. Как и знаю, что не должен был ее звать сюда.

Не должен был, но позвал. И теперь верчусь, никак не найдя себе места. И сигарет, как назло, нет. А я бы не прочь выкурить всю пачку. Просидел бы под деревом хоть до утра, размышляя, почему жизнь такая, сука, сложная.

И кто меня дернул вообще оставаться тут с ночевкой? Романтики захотелось?

В горящем костре изредка потрескивают дрова. Оранжевые язычки пламени беззвучно танцуют.

Где-то вдалеке кричит филин.

Я к таким звукам давно привык, как и спать посреди леса. Но что скажет девушка напротив?

— Ань, ты мне доверяешь? — негромко говорю, хотя ясен пень, что доверяет. Иначе бы не пошла со мной. — На сколько по шкале от нуля до десяти?

— Ммм… На восемь.

Неплохо, наверное. Но мало.

— Скажешь, если будет десять.

— А если не будет?

— Значит не будет.

Опять повисает тишина. Долгая, убаюкивающая.

Но я слышу как Аня крутится с боку на бок. Как вздыхает. Как выбирается из своего спальника, стараясь не шуметь.

Мысленно напрягаюсь.

А спустя секунду и вовсе каменею, потому что она укладывается рядом. Там, где мне было мало места одному, мы лежим вдвоем. Сливаемся в какой-то странной позе ложек. Ее макушка на уровне моего подбородка. Ее пятая точка в аккурат в области моего паха, что вот-вот задымится.

— Ань…

— Десять, Леш. Я доверяю тебе на десять из десяти.

Теплое дыхание касается моей шеи.

Сглатываю, зарываясь носом в гладкие длинные волосы. Они пахнут ромашкой и чем-то таким сладким.

Дышу жадно, стараясь договориться с собой. Это девушка не для тебя.