Книга Завоюй мое сердце, страница 31 – Юлия Крымова

Где-то вдалеке играет гармонь и слышны заводные песни.

Красотка Ада навострила уши и поглядывает в мою сторону. Не подпевает, а мне почему-то так и хочется взвыть. Понятно и без слов, что она обо мне думает. Трусиха я, да. Так и буду одна до старости. Заведу пару кошек. Хотя какие мне кошки? Мне и самой жить негде.

Завтра мои беззаботные выходные закончатся. Я вернусь в город. Напишу заявление и начну воевать с Юркой по-взрослому.

— Так мы чай пойдем пить? — подаю голос, кутаясь в Лешину пайту.

Холодно как-то стало. Не на улице, а на душе.

Может поплакать и полегчает? Хотя я только это и делаю последний год. Как еще не усохла от обезвоживания?

— А булочки с малиной остались? — интересуется Женя. И столько в его голосе обеспокоенности по этому поводу, что я смеюсь.

Смеюсь немного нервно, но совсем недолго. Потому как уже в следующее мгновение Ада поднимается и несется к калитке.

— Жека, дуй домой, тебя мама ждет, — раздается из темноты командным тоном Леши. И я вдруг тоже испытываю необъяснимую радость наравне с собакой. Разве что хвостом не виляю.

— Сейчас чай попью.

— Дома попьешь.

Женя озадаченно смотрит на меня, глазами спрашивая: что это с ним?

Кто бы мне сказал. Ведь едва за Женькой хлопает калитка, как Леша рывком поднимает меня на ноги.

Я только ойкнуть успеваю.

Пытаюсь освободить руки из стального захвата, но куда там.

— Леш… а…, — заикаюсь и дышу испугано.

Взгляд у него сейчас такой безумный, что страшно. Там буря. За какими-то нечеловечески расширенными зрачками настоящий шторм.

— Ты…

Хочется сказать: с ума сошел? Но я даже пискнуть не успеваю как его рот наглухо запечатывает мой.

Это не поцелуй. В нем нет ни капли нежности или романтики. Это схватка, в которой мои губы почти сразу проигрывают. Они сами раскрываются, поддаются на встречу, впускают в себя влажный теплый язык. Такой требовательный, настойчивый. Его напору просто нереально противостоять. Поэтому я и не пытаюсь. Отвечаю. Сдаюсь добровольно. Закрываю глаза, обвиваю руками крепкую мужскую шею. Забываю дышать.

Алексей.

Я ошибся. Вкус Аниных поцелуев — это не малина, и не арбуз, а сахарная вата.

Так садко. Кайф.

Нет, это лучше, чем кайф. Это чистый секс. Только языками.

Надо сдерживаться, но башню срывает. Исследую ее рот как дурной.

Аня дрожит, но не отталкивает. Позволяет мне все. Несмело отвечает. Гладит мой язык своим, обвивает мою шею руками. Сама уже ко мне жмется, расслабляясь полностью. Обмякает.

В башке фейерверки.

Углубляю поцелуй по максимуму. Вжимаю хрупкое тело в себя. Стонем одновременно. Задыхаемся. Но оторваться невозможно просто.

В паху уже реакция соответствующая. Член колом. Ладони идут в наступление, скользя по женским бедрам. Губы, не переставая, двигаются синхронно.

Я блядь не знал, что можно целоваться так. Не просто слюной обмениваться, а буквально пожирать друг друга. Глубоко. Жадно. Так что флюиды, исходящие от нас, разлетаются всюду. И даже Ада, уловив их, начинает ревниво тыкаться носом мне в ногу.

Не реагирую. Ныряю рукой под тонкую женскую маечку. Поглаживаю плоский живот.

Как мне, блядь, нравится. Все в ней нравится: вкус, запах, фигура, губы, глаза, и даже характер ее дурной тоже. А вот то, что Аня разрывает поцелуй — нет.

«Ах ты, зараза» ругаюсь про себя, видя как собака тычет мордой теперь в Анину ногу. «На цепь посажу, если всю малину мне испортишь».