Книга Тот, кто нарушает, страница 23 – Стефани Альвес

Я смотрю на Аврору, хлопая ресницами.

— Ты же мне поможешь, да?

Она потягивает свою матчу с абсолютно непроницаемым лицом.

— Я не подписывалась на физический труд.

Я усмехаюсь и качаю головой. Нельзя винить ее за честность.

Нейтан откидывается на спинку стула, выгнув бровь.

— Ну, придумай что-нибудь. Не хочу, чтобы моя комната утопала в коробках. — Он поднимается, накидывает куртку на плечо и снова бросает на меня взгляд. — Расчесывать волосы, между прочим, не запрещено законом.

Райан посмеивается, когда мой брат направляется к двери, и прикрывает рот рукой.

Я прищуриваюсь.

— Это не смешно.

Райан сжимает губы, пытаясь сдержать ухмылку, и встает.

— Конечно нет, — говорит он, наклоняясь ближе. Его дыхание касается моей щеки, и я вдыхаю, чувствуя, как воздух покидает легкие. — Но, если тебе когда-нибудь понадобится помощь... я к твоим услугам. — Он отстраняется, его губы кривятся в ухмылке, и я чувствую, как по спине пробегает дрожь.

Прежде чем я успеваю хоть что-то ответить, Нейтан окликает его уже от двери:

— Пошли, мужик, мы опоздаем.

Райан выпрямляется, его поза мгновенно меняется. Он смотрит на Аврору и кивает ей.

— Аврора. — Его глаза снова возвращаются ко мне, и эта чертова улыбка становится еще шире. — До встречи, кудряшка.

Я моргаю, пытаясь избавиться от разлитого в воздухе напряжения, но оно никуда не девается — густое и осязаемое. Сердце колотится в груди, и я понятия не имею, почему он так на меня влияет.

Аврора хихикает рядом, и в ее голосе сквозит неприкрытое веселье.

— Ничего не было, — говорит она.

Я незаметно пинаю ее под столом.

Ее улыбка становится только шире.

Райан

— Блять, я умираю с голоду.

Не успеваю я скинуть кроссовки или закрыть дверь, как в дом врывается Остин и буквально бросается к холодильнику. Слышится знакомый скрип открывающейся дверцы, а следом — разочарованное ворчание.

— Либо бери что-то, либо закрой дверь, мужик, — окликает его Нейтан, закатывая глаза и с глухим стуком бросая спортивную сумку на пол. — Весь холод выпускаешь.

Голос Остина звучит приглушенно, пока он копается внутри:

— Какого хрена у нас нет нормальной еды?

Я одариваю его невозмутимым взглядом, снимая куртку.

— Потому что ты сжираешь все в ту же секунду, как оно попадает в дом, — отвечаю я, выгибаю бровь. — Серьезно, ты как человеческий пылесос.

Остин захлопывает дверцу холодильника ногой, сжимая в руке пачку тертого сыра. Он разрывает ее, не утруждая себя поиском тарелки, и засыпает половину содержимого прямо в рот.

Нейтан брезгливо морщится.

— Да ладно тебе, это же мерзко.

Остин склоняет голову, продолжая жевать.

— Ты просто бесишься, что не додумался до этого первым.

Нейтан с преувеличенным вздохом падает на один из барных стулов у стойки.

— Могу с уверенностью сказать, что никогда в жизни не завидовал человеку, который ест сыр прямо из пакета. — Он с содроганием наблюдает, как Остин зачерпывает еще горсть. — Ты вообще слышал о нормальной еде? О протеине?

Остин поднимает пакет с сыром и трясет им.

— В молочке есть протеин, придурок.

Я тихо усмехаюсь, прислонившись к дверному косяку.

— Неудивительно, что Коул не захотел к нам подселяться.

Мы предлагали Коулу переехать к нам, но он быстро нас отшил. Сказал, что ему нравится в общаге. Ну и ладно, без проблем — но у меня есть подозрение, что ему просто нравится одиночество. Или он нас тупо ненавидит. И, честно говоря, я его не виню.