Книга Измена. Начать с нуля, страница 29 – Диана Ярина

— Достаточно будет доверенного лица с вашей стороны.

— Хорошо, я позвоню кому-нибудь из своих родственников…

Мы обмениваемся контактами.

Разговор со следователем отнимает у меня много сил, я едва смогла поднять руку, когда он обращается ко мне:

— Благодарю за содействие, — поднимается следователь, жмет мне руку.

Его рукопожатие выходит энергичным и полным силы, мне едва хватает сил хотя бы немного напрячь пальцы в ответ.

После ухода следователя я чувствую себя выжатой, словно губка.

Разбита морально…

В мыслях только одно — это конец. Теперь нет дороги назад и нет семьи, в том смысле, в котором я воспринимала свекровь, ее мужа и родственников со стороны Матвея.

Оказывается, это довольно страшно.

Когда я в запале говорила, что хочу развод, в тот момент я и не думала, что раскол коснется и прочих родственников. Но теперь понимаю, насколько сильно изменится моя жизнь.

Жаль, что Матвей своей подлостью совсем не оставил мне выбора…

* * *

Спустя время

События развиваются стремительно.

Мне приходится подключить к разборкам двоюродную сестру, Тамару, а вместе с ней в известность пришлось поставить тетю Машу — сестру отца, и ее супруга, дядю Вову.

С ними мы чаще всего общались, поддерживали отношения. Родственники со стороны мамы, к сожалению, живут слишком далеко. Но и они, узнав о случившемся, начинают звонить, выражать соболезнования, говорят слова поддержки, даже высылают мне деньги, на карту. Говорила: нет, не стоит, спасибо, но все равно мне приходят переводы на карту по номеру телефона.

— Не вздумай отступать! — говорит тетя Маша. — Ни шагу назад, подлец должен быть наказан. Исковеркал тебе жизнь, а последствия… Неизвестно, как может аукнуться! Бог все видит, уже наказал этого подлеца…

Они были у нас с Матвеем дома, видели кровь. По словам тети, там и косяк весь в крови, и диван, и кровавые капли повсюду. Ее послушать, так у нас в доме будто была целая резня… Они в шоке, конечно.

Ведь ничто не предвещало такого трагического итога.

— Мать его тебе звонит, наверное?

— Постоянно, — приходится признаться.

— Нам тоже названивает… Не верит, что Матвей так поступил. Я ей говорю, сын твой, конечно, понятно, что кровь родную до конца защищать будешь, но ты в дом-то войди, да глаза разуй! Не хочет… Уперлась, карга старая. Все виноваты кругом, кроме ее сына, — ругается тетя.

Кто-то заглядывает в палату. Оторвав взгляд от лица тети, к своему удивлению, замечаю Семена.

— Привет. К тебе можно?

— У меня посетители.

Мне хочется спрятаться под одеяло и никогда из-под него не высовываться.

— Я подожду, — говорит он. — Несколько дней жду… — и закрывает дверь.

Краска приливает к лицу.

Ждет он…

А нам говорить не о чем.

Я уже знаю, из слов следователя, что Семен Матвея покрывать не стал.

Выходит, я должна его отблагодарить за спасение жизни?!

— Ладно, мы пойдем, — засобиралась тетя Маша. — Если что, звони, не стесняйся.

— Ну, куда вы?

— Хватит. Засиделись. А ты нос не вешай, на одном подлеце свет клином не сошелся. Есть и другие симпатичные мужчины. Некоторые, даже с букетом у двери ждут…

Она намекает на Семена, что ли?

Тетя Маша уходит. У меня сердце рухнуло в пятки, когда в палату входит Семен. Как и заметила тетя Маша, Семен входит не с пустыми руками. У него в руках букет, узнаю гиацинты и тюльпаны нежных оттенков.