Книга Измена. И глупо, и поздно, страница 72 – Дора Шабанн

Я сидела, выпучив глаза:

— Подожди, ты считаешь?..

— Милая, у нас образовалась проблема. И мы будем её решать. А поскольку, прежде чем идти в лоб официальным путём, сначала хорошо бы разведать ситуацию. И мы, конечно, возьмём помощь зала. Я надеюсь, ты уловила позицию моих родителей касательно личной жизни детей?

Тихо хихикнула, припомнив комичное изумление Стеллы Леоновны, когда она рассказывала о том, как повезло Эльдару, что Арман успел зажечь раньше и впечатлить родителей до глубины души.

— Любимая, я же обещал, что все будет хорошо, и мы справимся? — внезапно поинтересовался у меня Эль.

А я кивнула. Он же, правда, обещал.

После этого последовал невероятно жаркий и страстный поцелуй, а когда я отстранилась глотнуть воздуха, Эльдар коснулся губами моего носа и хмыкнул:

— Поверь, любимая, теперь, когда я узнал свое счастье на вкус, ощутил его всем собой, я никуда не отпущу тебя, моя бесценная женщина.

И не успела я задуматься о последствиях этого невероятного заявления, как он подхватил меня на руки и унёс в ванную комнату, которая примыкала к спальне.

Да и правда, пока мы рядом и у нас есть время на счастье, терять его — настоящее преступление.

А новый день придёт и покажет: кто из нас все же прав.

«Vive ut vivas» (лат.)

«Живи, чтобы жить»

Каждое утро с Элем — романтическое. Оно непременно полно нежности, кофе и поцелуев. Затем следует обязательный совместный душ, совмещенный с демонстрацией взаимных чувств. Но на этот раз, выполнив всю программу, мы даже успели к завтраку.

— Доброе утро, молодёжь, — улыбнулась Стелла Леоновна, поставив перед нами по чашке свежесваренного кофе.

Молодёжью по-прежнему следовало считать нас, потому что за столом присутствовал только отец Эльдара, а детей не было видно.

Поздоровавшись, я уточнила:

— А самая юная молодёжь уже позавтракала?

— Мальчишки, как обычно, что-то похватали, пожевали и умчались, — хмыкнула мама Эльдара, — а девочки ещё не выходили.

Устроившись за столом и обменявшись вежливыми комментариями по поводу того, насколько все здесь счастливы вновь увидеться, приступили к трапезе.

И где-то в районе второй чашки кофе Эль сделал это:

— Пап, у нас с Гало́й к тебе есть один вопрос. Скажи, когда будет время поговорить?

Камиль Ринатович попробовал кофе, усмехнулся и развёл руками:

— Говорите!

А я застыла. У меня словно язык отнялся.

И вот так, молча и вытаращив глаза, я слушала, как этот потрясающий, просто невероятный мужчина спокойно излагал своему отцу ситуацию с моим кредитом.

Внимательно выслушав сына, Камиль Ринатович попросил жену:

— Стелла, звезда моя, тут надо хорошенько подумать. Без парочки чашечек кофе точно не обойдётся.

— Кам, у тебя давление, поэтому максимум, что я могу тебе предложить: полчашки кофе и воду с лимоном, — отрезала его супруга. — У нас маленькие внуки и сыновья еще не до конца пристроены. Что я с ними одна буду делать, если ты тут сейчас крякнешь?

Эль хихикнул и подвинул отцу свою чашку кофе, когда мама отвернулась.

С одной стороны, было очень забавно, а с другой — вопрос здоровья мне показался важным, поэтому я, склонившись к уху Эльдара, уточнила:

— А папе, правда, не вредно столько кофе?

Мужчины не успели отреагировать, как Стелла Леоновна обернулась, выставив на стол графин с водой, где плавали дольки лимона и листья мяты.