Книга Жизнь моя. История Лины, страница 36 – Натали Тимина

Лена вышла из палаты и вернулась вскоре с медсестрой, которая едва глянула на повязку, моментально испарилась за дверью, а вернулась обратно уже с дежурным врачом, который заглянув под повязку, вернув её обратно, повёл меня в перевязочную. Там мне подлатали рану, обкололи обезболивающим и кровоостанавливающим и сделали свежую повязку. Потом до кучи поставили укол успокоительного.

Когда я вернулась в палату, там настойчиво названивал мой новенький телефон. Я ответила и на экране телефона увидела двух моих любимых людей — Алекса и Лёшу. Я с телефоном в руке легла на здоровое плечо и продолжила разговор с ними, медленно засыпая под действием уколов. Перед тем, как я окончательно провалилась в крепкий сон, почувствовала, как у меня из рук вытянули телефон и ответили моим собеседникам: ей поставили уколы, и она уснула. Даже здесь обо мне заботятся посторонние, знающие меня всего несколько часов. Это для меня совсем не привычно, но я устала быть сильной! Хочу быть слабой, чтобы обо мне заботились, и чтобы меня просто любили.

* * *

Алекс.

Моя девочка! Моя! Я больше не дам тебя в обиду! Никому не дам тебя трогать и обижать!

На утро я встал и поехал снова с Лёшей в свой офис, там уже были готовы все документы на то, чтобы подать иск против тётки моей любимой. Стоит только начать, потом будем добавлять всё остальное, что будет выявляться в ходе следствия. А его я обязательно добьюсь!

Подав документы в соответствующую инстанцию, мы поехали с пацанёнком к её сестре, которая к этому времени сидела на сумках, полностью готовая, ехать домой, к нам домой. Я пошёл к врачу, чтобы всё выяснить.

— Ваша жена чрезмерно твердолобая, она изъявила желание выписаться раньше времени, сказав, что дома будет кому о ней позаботиться! — недовольно произнёс доктор. — Я бы ещё хотя бы день подержал её в больнице, так как вчера ещё вечером ей пришлось зашивать рану заново. Она беспокойно спит. Рекомендую показать её психологу.

— Если мы её заберём, как она хочет, ничего в этом экстремального нет? — уточнил я.

— Нет. Но стоит её ограничить в лишних нагрузках, чтобы рана зажила быстрее, иначе останется безобразный шрам.

— Хорошо, я понял. Спасибо! Выписка готова?

— Нет, я ждал Вас, чтобы Вы подтвердили, что забираете её. Подготовлю минут через десять.

Я вернулся к своей девочке, которая нервно ходила по палате.

— Ты всё собрала? — заботливо спросил я, заключая её аккуратно в объятия и целуя в макушку.

— Да.

Я взял сумку с вещами и дамскую сумочку в одну руку, а другой взял за руку мою девочку, и мы пошли к ординаторской, из которой нам минут через пять вынесли выписку и направление на приём к хирургу. После этого мы отправились в наш дом.

— Что тебя беспокоит? — спросил я, когда мы уже заехали во двор и помогал ей выйти из машины.

— Моя тётушка. Она у меня не выходит из головы. Если она с такой лёгкостью решилась на нападение с ножом, то, что от неё можно ещё ожидать?

— Не переживай, я этим делом уже занялся, она больше не подойдёт ни к тебе, ни к Лёшке.

— Мне всё равно страшно.

— Постарайся не думать об этом, пойдем, посмотрим Лёшкину комнату и займёмся обедом.

Мы поднялись на второй этаж, и зашли в переделанную под мальчишку комнату. Лина ошарашено смотрела на новую обстановку комнаты.