Книга Развод. Не возвращай нас, страница 67 – Диана Ярина

— Тимофей?! — переспрашиваю я.

— Тимофей, да.

— Боже.

Выходит, от его слежки за мной вышла польза?!

Так неожиданно это все… У меня просто нет слов.

— И что потом? — спрашиваю я.

— Ты несколько дней лежала без сознания, Даша. За это время многое прояснилось и предстало в ином свете. Довольно неожиданном… — отзывается мама.

Я напрягаю слух, не в силах предположить, что еще могло случиться, каким боком повернулась ситуация.

Но по реакции мамы понимаю, что речь идет о серьезных делах…

Которые даже ее шокировали.

— Прошу, не молчи, — смотрю на маму с ожиданием.

— Я, правда, даже не знаю… — мнется она. — Стоит ли говорить сейчас, ворошить прошлое. Это все так непросто. Но с другой стороны, не будь всего этого, стала бы она…

Я ничего не поняла из набора предложений мамы, но поняла, что корень проблемы не в настоящем, не в том, какие отношения были у меня с Тимофеем. Нет, все лежит в прошлом.

В глубине моей души шевельнулось подозрение, но потом я отмела его в сторону решительно: нет, не может этого быть!

Это было бы слишком…

— Я думаю, тебе стоит набраться сил, Дашенька. Ты едва очнулась, но смотри, давление у тебя подскочило на двадцать… От волнения.

— Не стоит от меня ничего скрывать, мама!

— И в мыслях не было, — перекрестилась она.

— Точно?

Я смотрела на нее так, будто она находилась под прицелом ружья.

— Ты скрыла от меня часть правды о прошлом, могу ли я рассчитывать, что сейчас ты будешь со мной честна?

— Даша, у меня были веские на то причины, как мне казалось. Но по происшествию времени я поняла, как ошибалась в этом! Плюс отношения со свекровью больше не напоминают враждебные. Раны прошлого были слишком глубоки, и моя вина в том, что я в них зарылась с головой. Признаю, так не стоило делать. Но если мы будем поднимать вопрос откровенности и открытого разговора…

Мама переводит дыхание, взяв паузу.

— Тебе тоже есть в чем признать, Даша. Не так ли? Бабушка знала о твоей беременности, ей ты доверилась, но мне ничего не сказала. Как это понимать?

— Ты выступала за сохранение отношений с Тимофеем. Яро выступала, не слушала мои доводы. Я была против. Опасалась, что узнав про беременность, ты расскажешь ему или намекнешь… И тогда он совсем не даст мне прохода. Я хотела выносить ребенка в спокойствии.

— Ценой, возможно, собственной жизни? — уточняет мама. — Ты же знаешь, как высоки риски!

— Этот вопрос для меня решен. Я хочу попытать счастья и пока все идет неплохо. Да, нагрузка сильная, но я справлюсь. Я в это верю!

— Теперь я знаю, что ты беременна. Так что… Моя скрытность и тебе передалась отчасти, — с грустью улыбается мама. — Теперь и Тимофей в курсе, он постоянно спрашивает о тебе.

— Да, он подозревал. То есть… Выследил меня! — говорю с недовольством. — И потребовал объясниться. Но все так сложно, запутано…

— Поэтому я прошу тебя набрать сил. Хотя бы этот денек полежи, а завтра… Поговорим.

Я настаивала на немедленном открытиии всего, что она знает, но мама могла быть упрямой, и бабушка тоже не появлялась.

Как и Тимофей.

* * *

Сон ночью у меня беспокойный, дрема то накатывает, то отступает.

Каждый раз мой сон обрывается криком злобы, полным ненависти:

«Заняла мое место… И я отберу у тебя все!»

Я все гадаю, что бы это могло значить?