Книга Танец с огнем, страница 247 – Весела Костадинова

Дана слушала эти ежедневные сводки, сидя в кресле у окна, и все сильнее чувствовала: что-то он недоговаривает. Что-то важное. То ли состояние Киры было тяжелее, чем он описывал, то ли между ними происходило что-то еще, о чем Лоскутов предпочитал молчать. Пару раз она замечала и приподнятые в немом вопросе брови Ярова, который, судя по всему, тоже замечал странности. Порой они даже переглядывались, задавая друг другу вопрос глазами, ответа на который не было.

В начале декабря Анатолий приехал не один. Осторожно припарковал машину у самого крыльца, выпрыгнул с водительского сидения и открыл пассажирские двери, помогая выбраться тонкой фигурке в теплом пуховике. Девушка на секунду замерла, жадно вдыхая свежий морозный воздух, ее светлые волосы, выбившиеся из-под шапки, заискрились в слабых лучах тусклого зимнего солнца, словно тонкое серебро. Она была заметно бледнее, чем раньше, движения — осторожными и скованными, но в том, как она подняла лицо к небу и закрыла глаза, ощущалась настоящая жажда жизни.

Лоскутов что-то тихо сказал Кире, поддерживая ее под локоть, и они медленно направились к крыльцу. Каждый шаг девушки давался ей с видимым усилием, но она шла сама, упрямо отказываясь от большей помощи.

Алексей, сидевший на диване, стремительно поднялся навстречу спутникам но они справились без помощи.

Сняв пуховик, Кира настороженно обвела глазами большую, светлую комнату. Когда ее взгляд остановился на Дане — едва заметно, вымученно улыбнулась. Когда же ее глаза встретились с взглядом Алексея, улыбка стала ярче — неожиданно теплой, почти детской. В этот момент Кира вдруг сделалась значительно моложе, трогательнее и красивее. В ней мелькнуло что-то хрупкое и светлое, от чего у Даны внутри неприятно сжалось.

Она тут же подавила в себе острый, необоснованный укол ревности и мысленно обругала себя последними словами. Она перехватила Киру у Толи и они медленно прошли в небольшую спальню на первом этаже, которую заранее подготовили для Киры. Дана помогла девушке переодеться в мягкую домашнюю одежду, осторожно, стараясь не задеть еще не до конца зажившие места, и помогла лечь в кровать.

Кира устало откинулась на подушки, но не отпустила руку Даны. Ее пальцы были холодными и чуть дрожали.

— Спасибо, Алена… — прошептала измученная девушка. — Спасибо за все….

— Меня зовут Дана, — отозвалась женщина, погладив девушку по мягким волосам. — Я… была женой Марата, Кира. И он почти убил меня…. Алена — имя, которое дал мне Толя… но оно не настоящее. Ты ведь не знала об этом, да?

— Нет, — все так же тихо прошелестела Кира.

— Почему же ты именно мне отправила те…. Данные?

— Я тебя запомнила, А… Дана, — девушка открыла глаза. — Ты была на похоронах Алинки. Ты стояла там, немного другая, словно после болезни, но это была ты. И ты была потрясена, шокирована. Смотрела на Линку, и едва не плакала. Точнее плакала, но внутри, страшно, без слез. У меня хорошая память на лица…. — она устало сглотнула. — А потом я увидела тебя в офисе Марата. И увидела, как он на тебя смотрит. Как волк на добычу. Но ты… ты была идеальна. Каждый твой шаг, каждое слово, каждый взгляд сдавливал удавку на его горле все сильнее. Он так сильно хотел тебя, что под конец вообще перестал называть меня Кирой… Он звал меня только Аленой.