Книга После развода. Второй женой не стану!, страница 8 – Панна Мэра

Он просто ушел!

Не успокоил! Не поговорил! Даже не сказал, что все будет хорошо.

Я глотаю ртом воздух, но он все равно не доходит до легких.

Может быть это какое-то странное проявление токсикоза? Галлюцинации? Побочки от гормонов?

Я остаюсь одна.

Секунды тянутся бесконечно, а я стою, не двигаясь, сжимая в руках конверт так сильно, что края впиваются в кожу.

Ему это больше не нужно. И всё, что его сейчас интересует, это его новая пассия, и как выгодно представить ее бизнес-партнерам.

Я медленно опускаюсь на стул. Плечи начинают дрожать, но слёз уже нет, будто организм не справляется с таким количеством боли сразу.

Мне кажется, что меня заперли.

Заперли в клетке, из которой нет выхода.

Как так получилось? Когда всё изменилось? Когда он перестал видеть во мне женщину, ради которой был готов на всё?

Мой любимый… Да, вспыльчивый. Резкий. Упрямый. Но он всегда был бережным со мной. Всегда защищал. Всегда говорил: «Ты моя. Слышишь. И мое сердце принадлежит только тебе!»

И что получилось?

Выходит, что теперь его сердце разделилось на две половины, одну из которых он отдал другой⁈

Я не верю, что всё может быть так.

Не верю, что меня ставят перед фактом, будто я ничего не значила для него. Будто я вещь, которую можно передвинуть с полки на полку, и с ней ничего не случится

Не верю, что он предлагает мне стать второй.

Второй.

Слово режет изнутри.

Я не согласна.

Я никогда не соглашусь делить мужа!

Не соглашусь довольствоваться лишь жалкой крохой его внимания, закрывать глаза на измены, и делать вид, что всё хорошо.

Я прижимаю ладонь к животу.

— Тише, тише, мой хороший. Мама, что-нибудь придумает. Мама не даст в обиду ни тебя, ни себя.

Я оглядываюсь вокруг, словно впервые вижу этот кабинет. Стены чужие. Воздух чужой. Всё вдруг становится холодным и враждебным.

Неужели я жила столько лет в этом мире, не замечая, что Абсалам изо дня в день загоняет меня в клетку⁈

Что мне делать?

Куда идти?

Подруги… Это жёны его друзей. Мы встречаемся, улыбаемся, обсуждаем платья и поездки, но мы не близки. Не настолько, чтобы прийти к ним среди ночи с разбитым сердцем.

Работа… Её почти нет. Последние месяцы я помогала в его агентстве. Без договора. Без записей. Без гарантий.

Я думала, мы семья. Зачем формальности?

Теперь у меня нет ни работы, ни своих денег, ни места, куда можно уйти.

Только муж.

Который собирается сделать меня второй женой.

Мы подъезжаем к дому его родителей, когда солнце уже начинает клониться к закату. Свет становится мягче, так, что на секунду кажется, будто всё вокруг возвращается на круги своя. Будто моя жизнь не рушилась за одно мгновенье. Будто мы все ещё пара, которая искренне любит друг друга.

Машина останавливается у высокого кованого забора. Дом знакомый. Я была здесь много раз. Раньше приезжала сюда с волнением, с желанием понравиться, чтобы стать частью семьи. А сегодня у меня нет ни малейшего желания переступать порог этого дома.

Абсалам выходит первым. Обходит машину, открывает дверь Диларе. Его голос мягкий, почти заботливый:

— Осторожно.

Она улыбается ему, кладёт руку на его локоть, словно это привычное, законное движение.

Я выхожу последней, Абсалам для вида наклоняется ко мне, протягивает руку, но я тут же отстраняюсь.

Сейчас я не могу даже и мысли допустить, чтобы он ко мне прикасался!