Книга Мужики воскресают по вторникам, страница 28 – Кристина Агатова

— Да уж, – охотно согласились остальные.

Уже на следующее утро парней сразила какая-то непонятная хворь – постоянные, но безуспешные позывы в туалет «по-маленькому», резкая боль внизу живота, загадочная сыпь на самом сокровенном месте…

— Очень похоже на какую-нибудь заразу, передающуюся половым путем, осложненную циститом, – встряла я в Семин рассказ. – Парни побывали на «вылазке» все вместе, вот, наверное, и развлеклись с какой-нибудь горячей красоткой, не обремененной моралью. А она их наградила «венериным букетом». Симптомы проявились так быстро на фоне усталости, плюс, пока они шли по лесу, наверняка подстудили свои причиндалы. Неприятно, но, опять же, не магия, а простая глупость и недальновидность. Как они сами сказали – двадцать первый век наступил, но защищаться от инфекций научились не все.

— Ошибаешься, – торжествующе изрек Семен, отодвигая каталку с полностью одетой покойницей. – Увезли их в госпиталь и не нашли ни-че-го! Вот совсем. Все анализы – чистейшие!

— Так бывает, – с видом знатока заспорила я. – Анализы на ВИЧ сдают с периодичностью в несколько месяцев, потому что вирус может жить в крови, но антител, по которым его увидят, может не быть довольно долго. Думаю, и с другими хламидиями и трепонемами может быть такая же беда.

— Говорю тебе – ничего не нашли, – рассердился Семен. – А парни остались импотентами. Так-то!

— Ты свечку держал? Сейчас все лечится. Почти все. Если и так, то жаль ребят. Но надо головой думать, а не головкой, – жестоко отрубила я. – Поделом развратникам! Укати даму ко мне, буду работать. Не все же твои сказки слушать.

Я привычно оглядела фронт работ – прическа, макияж, ничего особенного. Взяла холодную руку и осмотрела ногти – с маникюром, к счастью, все и так в порядке, достаточно просто немного освежить цвет. Вся работа займет не больше полутора часов.

К сожалению, так бывает далеко не всегда. Иногда мне приходится практически заново собирать лица, пытаясь вернуть человеку его облик.

Однажды ко мне на стол попала забитая своим мужем насмерть девушка, одного со мной возраста. К тому времени я не проработала и месяца, поэтому каждого клиента принимала очень близко к сердцу. Когда я увидела, во что превратилось лицо несчастной жертвы побоев, и сравнила с прижизненным фото, на которое я должна была ориентироваться, у меня случился настоящий истерический припадок. Я рыдала и кричала от ужаса и невыносимой жалости к совершенно незнакомой женщине.

Сема тогда впервые притащил спирт в гримерную и почти насильно заставил меня выпить стаканчик. Когда меня бросило в жар, а дыхание перехватило, он встряхнул меня за плечи и, глядя прямо в мои перепуганные глаза, твердо заявил:

— Никогда не воспринимай их, как живых. Это уже не люди, а тела. Оболочки, обертки, но никак не люди! Не смей думать о том, кем они были, как они жили, и что с ними случилось. Твоя работа – сделать так, чтобы те, кто придут с ними прощаться, увидели нечто похожее на тех, кого они когда-то любили. Если ты не возьмешь себя в руки, то родным будет очень тяжело. Ради них – живых – ты должна делать свою работу.

Я услышала его и пересилила и боль, и страх. Гримировать буквально раздавленное кулаками изверга лицо было невероятно сложно, толстыми слоями приходилось создавать ее внешность заново. Если мою работу, в основном, можно сравнить с живописью, то в тот раз это была скульптура. Я сформировала ей нос, выправила скулы, подправила челюсть… Через шесть часов напряженной работы я увидела вполне приемлемый результат.