Книга Концы в воду, страница 28 – Кристина Агатова

— Это работа Костика твоего! – отрезала я.

Марина посмотрела на меня, как на дуру.

— Участковый не расследует убийства. Он принимает решение, заводить дело или нет. Остальное – уже не его забота.

— Ну, и не наша. Завел дело – гуляй смело!

— Понимаешь, – проникновенно сообщила подруга. – Он и хотел завести. Да только пришли результаты вскрытия, где не обнаружили криминала – захлебнулась она, вот и все. Ну, а сверху сказали, что если статистику испортит, то о годовой премии может забыть. А ты знаешь, какие у них зарплаты? Премия во как нужна!

— Прекрасно! Из-за того, что Костик хочет премию, а следственный отдел не хочет работать, мы должны играть в сыщиков.

— Слушай, ну Маринка права, – вступился Тарас. – Если бы не ее рвение, то меня бы еще зимой укокошили. Может, если мы найдем убийцу, то спасем его следующую жертву? Вдруг, это какой-то маньяк-извращенец? Она же не просто так голая была! Наверняка, хотели изнасиловать!

Я чуть не разбила себе лицо фейспалмом. Эти двое совсем из ума выжили. Теперь мы ловим не просто убийцу, а маньяка-извращенца-насильника. А завтра что? Побежим спасать мир от рептилоидов?

— Когда, говоришь, похороны? – уточнила Маринка.

— Я не говорила, но завтра.

— По статистике, в четырех из пяти случаев жертва знакома с убийцей. Поэтому, завтра мы все вместе идем на похороны и следим за поведением скорбящих. Может, что-то наведет на мысль.

Я покрутила пальцем у виска.

— Ку-ку? Никуда я не пойду. Там эта Анастасия уже ко мне в друзья добавилась, вот-вот закажет сборы невесты, а я занимаюсь тем, что гримирую покойников? Ты решила мою репутацию похоронить вместе с Вероникой?

— Мы им ничего про тебя не расскажем. Я скажу, что мне Семенов звонил, допустим, опрашивал, как свидетеля. И мы решили почтить память соседки по даче. Венок купим!

— Хренок! – не выдержала я. – Меня в “Ангеле” все знают. Спалят же!

— Как? Подойдут и по плечу похлопают? Наденешь темные очки, типа плакала. Не будет никто приглядываться – девка и девка.

Звучало вполне убедительно, но я сделала последнюю попытку:

— Мы же завтра на дачу собирались с утра?

— Выедем попозже, – успокоил Тарас. – Как раз, еще и за рассадой заедем. Я же обещал, что таскать не придется?

— А я и не собиралась, – пробурчала я.

Назад дороги не было. Остановить агрегат под кодовым именем “Марина” было не под силу никому.

В половине девятого утра мы стояли мрачной компанией у входа в “Тихий Ангел”. Солнце уже жарило немилосердно, и я чувствовала, что мое черное платье начинает прилипать к спине. Тонкие черные капроновые колготки, которые совершенно не грели в холода, почему-то теперь ощущались, как ватные штаны, а в туфли, казалось, насыпали углей.

Церемония прощания должна была начаться с минуты на минуту, народ уже собрался.

Их было довольно много – убитые горем родители, к которым со словами соболезнования подходили люди среднего возраста, возможно, другие родственники. Молодые люди, группой стоявшие в сторонке. Я сделала вывод, что это были одноклассники или одногруппники Вероники, потому что они явно были хорошо знакомы друг с другом. Глубокой скорби на их лицах я не заметила, скорее это была печаль и то, что я называю “непонимание”. Такой слегка потерянный взгляд с примесью недоверия – мол, не может быть, неужели и правда умерла?