Книга Джокер в игре, страница 41 – Кристина Агатова

Нашел время шутить!

— Мама! – заорал Матвей из прихожей.

Я поспешила в коридор, ругаясь про себя. Почему так рано? И почему мне не пришло уведомление? Снова что-то пошло не так!

Я натянула на лицо улыбку, пытаясь скрыть тревогу. Сердце билось, как бешеное, но я не знала от чего – от того, что привычный ход событий был нарушен, или от того, что меня застукали за свиданием с мужчиной. И было ли это свиданием?

Что подумают дети? А если они решат, что мужчины приходят ко мне каждый раз, когда они уходят в бассейн? Как смотреть им в глаза?

Так, а почему я вообще должна им как-то смотреть в глаза? Я – взрослая женщина, имею право встречаться, с кем захочу.

— Папка, папочка, – заорали мои котятки и бросились к Евгению, который вышел за мной в коридор.

Мое сердце ухнуло вниз, а рот самопроизвольно открылся. Правда, из него не вырвалось ни звука, но это к лучшему – цензурных слов на ум не приходило.

То есть, пока я самозабвенно упахивалась, как шахтная кобыла, чтобы дать им все, чего не было в моем детстве, они скучали по отцу?

Ладно, Милана – она могла бы помнить Макса, хотя это казалось мне почти невозможным. Но Матвей! Он еще родиться не успел, а бывший муж уже ушел к Насте!

Получается, зря мы все эти годы не поднимали тему второго родителя? Я и не думала, что это так важно для них. Да у половины наших знакомых детей отцы есть только формально, и никто не делает из этого трагедии.

Неужели, Макс был прав, и детям нужен отец, пусть даже такой, которого можно увидеть раз в восемь лет?

И что делать теперь? Как объяснить, что Женя – не тот мужик, которого они ждали больше, чем Деда Мороза?

И откуда они вообще узнали, что он должен был прийти сегодня? Подслушали мой разговор на кухне, маленькие негодяи!

Стало немного больно от такого предательства. Восемь лет я отдавала им себя без остатка, а им всего лишь нужен был папа!

Тем временем Женя, ничуть не растерявшись, раскинул объятия им навстречу. Вот это номер! Он намерен притворяться Максом? Что он будет делать, когда выяснится правда?

Глаза отказывались поверить в происходящее.

Может, я просто сошла с ума?

Как в замедленной съемке я наблюдала Матвея, который прямо в ботинках несся по коридору к Жене, а Милана скакала за ним следом, оставляя грязные мокрые следы на идеально вымытом светлом кафеле.

Буквально в метре от Евгения они резко остановились.

— Так, ты думал, мы должны были тебя встретить? – выпалила Милана, сверкая глазами.

От разыгранного восторга на ее лице не осталось и следа. Сейчас она хмуро набычилась, сдвинула свело-русые бровки и сморщила нос. Матвей исподлобья смотрел волчонком на Женю.

Евгений совершенно не смутился.

— Не отказался бы от такого радушного приема, но раз уж пошел серьезный разговор, то вынужден представиться – Евгений можно просто Женя и на “ты”. Я – не тот, кого вы ожидали тут увидеть, и я пришел с миром.

Он протянул Матвею руку. В глазах детей мелькнула растерянность. Они переглянулись, и Милана едва заметно пожала плечами, Матвей ответил ей тем же и снова посмотрел на Евгения.

Тот терпеливо ждал, пока дети разберутся со своими ожиданиями и реальностью.

Наконец, сып подал свою ладошку и важно ответил:

— Матвей, просто Матвей. Можно на “ты”.

Я подавила улыбку.

Ручку Миланы Женя поцеловал, и моя принцесса зарделась.