Книга Две судьбы. Жить по обмену, страница 51 – Галина Колоскова

— Так и должно быть. Скажем «нет» торжеству зла! — взгляд скользил по витринам, выискивая ближайшее кафе. Проговорил с досадой: — Не укладываемся по времени. Я перенёс встречу. Нужно подкрепиться. Заодно поговорить, и отправляемся в твой город или… — Савва взглянул на часы. — Пожалуй, поступим по-другому. Рядом с городом есть отели? На каком расстоянии он находится от любого другого населённого пункта? Нужна нейтральная территория.

— Есть!

— Тогда в ресторан. Я очень проголодался. Подкрепимся и в путь!

— Куда отправимся?

— В тот самый отель. Нужно всем вместе встретиться. Узнать, что между вами с Таней общего. Каким образом ты попала к своей матери и что нам делать дальше? Касается всех! Провалим миссию и тогда…

— Что «тогда»?

— Ничего хорошего. В покое нас не оставят.

Они обедали в том же ресторане, что в первый раз, но кое-что неузнаваемо изменилось. Воцарившаяся тишина, стоило им войти в зал. Любопытные, но с уверенностью, что знают тайну пары, взгляды официантов и некоторых из гостей. Уже никто не приподнимал брезгливо уголки губ при взгляде на её одежду. Тоню частично приняли в «свои», узнав, что она наследница погибшего Королёва.

Еда вкусная, обстановка доброжелательная, но чувствовала себя неуютно, ожидая в любой момент появления модели. Мысли имеют свойство материализоваться. Взгляд, давящий на затылок. Скошенный рот Шульгина. Ленивая ухмылка. Холодный взгляд серых глаз. Тоня не видела огня в пресыщенных глазах бизнесмена. Бальзам для души. И сразу надежда, вдруг Савва женился потому, что она ему небезразлична? Она откинулась на спинку кресла, предугадывая, что за этим последует.

Чужая рука оказалась под лопатками. Мгновенно последовал вскрик:

— Ой!

Тоня неторопливо обернулась, от души прокатившись спиной по пальцам соперницы. «Ой» переросло в громкое:

— Ай! — дылда трясла кистью руки, морщась от боли. — С ума сошла?

Изобразившая искреннее удивление боксёрша, взирала на блондинку невинными глазами, выгодно выделяясь на фоне хамовитой модели.

— Я вас вижу второй раз в жизни. Что за фамильярность? Зачем класть руку на чужое кресло? — она вскинула плечи, добавив чуть громче: — Извините, но виноваты вы сами!

Холодные глаза сверкали ненавистью. В таких местах нельзя показывать истинную сущность, можешь быть изгнанной. Дылда перешла на шипение:

— Дрянь! Ты ещё будешь меня учить?

Савва отбросил салфетку, которой промокнул рот. Яростный взгляд собственника, не терпящего захода на свою территорию. Негромкие слова эхом ушли в потолок притихшего зала.

— Закрой рот! Ты разговариваешь с моей женой! Пришла ужинать? Садись и ешь! Оставь мою семью в покое. И забудь о моём существовании!

Выпучившая глаза блондинка беззвучно хватала ртом воздух. Не расслышать Савву мог только глухой…

Громкие мужские голоса. Разговоры дежурного по телефону. Хлопанье железной двери. Металлический скрип турникета. Бесконечная смена ароматов парфюма. Таня брезгливо пристроилась в конце деревянной лавки. Металлическая, выкрашенная в синий цвет решётка. Коричневый, замызганный пол. Запах мочи и грязного тела. Пьяная лохматая женщина, одетая в застиранное старьё, сидела в другом конце клетки и яркая девица определённого образа жизни в центре. Название «обезьянник» подходило для этого места идеально.