Книга Две судьбы. Жить по обмену, страница 38 – Галина Колоскова

Тоня заглянула в холодильник. Приготовить яичницу в состоянии сама. Кофе сварит машина. Доставка пока отменялась. Она обернулась к следующему по пятам Савве.

— Завтракать будешь?

— Спасибо, поел. Разве что есть твои знаменитые булки? — с ухмылкой спросил.

Моментально отвечая, Тоня развела руками:

— Сам видишь, какая бурная началась у меня жизнь. Совершенно нет времени готовить.

— Наймёшь прислугу?

— Обязательно! Теперь на это есть средства. Я забыла тебя поблагодарить. Спасибо огромное!

— Не за что. Я же пообещал помочь, а слово привык держать.

Голубые глаза не светились безмерной радостью. Отлично знала, что за всё в жизни нужно платить. Неизвестность напрягала. Тоня процедила:

— Осталось узнать цену.

— Чего? — Савва играл в непонятки.

— Твоей помощи! — он раздражал и притягивал одновременно.

— Во внезапно накрывшие нежные чувства не веришь? — Лучше бы этого не говорил.

Очень раздражает, когда тебя принимают за наивную дуру. Тоня фыркнула:

— Не после ресторана. Белобрысая дылда ясно дала понять, чья ты собственность… Объедки с чужого стола не собираю, — пухлые губы скривила ухмылка. Она била яйца на скворчащую беконом сковороду. Говорила, не оборачиваясь: — Жду причину внезапной заботливости или… иди ты лесом!

Серые глаза внимательно следили за дочерью друга. Рассчитанные до миллиметра движения. Накачанные ягодицы, крепкая грудь. Куда делась субтильность инфантильной худышки? Взгляд прошёлся по кухне. Никого кроме них двоих. Камер не видно. Родственники наверху переваривают случившееся. Тёму отправили принимать душ. Шульгин встал позади бросившей вызов сексуальной стервы.

— Никогда ничьим не был! Но если хочешь… — крепкие руки упёрлись в стол, оставив жертву в центре. Горячее дыхание с шёпотом в ухо: — Объясню в трёх словах свой интерес.

Горячий язык прошёлся вверх от ложбинки вдоль длинной шеи. Ставшие ватными ноги дрожали. Мурашки гуляли по коже. Внизу живота собиралась в узел пружина. Чтобы не издать стон, пришлось прикусить губы. Тоня замерла, не зная, что делать. Шульгин впервые откровенничал о намерениях. Отказаться, а вдруг никогда больше не станет… Зубы мерзавца прикусили мочку.

— Мне продолжать?

Кровь горячими волнами била в виски. Над верхней губой выступили капельки пота. Оставаться на месте без действия, равнялось позволить себя подчинить. Вовсе не для того, чтобы стать чьей-то игрушкой, пришла в этот дом. Тоня резко ударила по расставленным по бокам ладоням, присела и ушла в сторону. Оставив Шульгина стоять лицом к сковородке с символично выложенными сосисками с глазуньей.

Он с трудом удержался на ногах. Иначе мог оказаться лицом в завтраке подопечной. Выражение лица самоуверенного бизнесмена в этот момент было бесценно. Если бы не пикантность ситуации рассмеялся бы тонкому юмору. Так виртуозно его ещё не опускали.

Тоня крикнула в коридор:

— Тёма, идём завтракать! — и повернулась к несостоявшемуся соблазнителю.

— Продолжай! Только если расскажешь, а не покажешь, чего ты хочешь! Разводить меня на секс, отвлекая от важного, не надо!

Ни один мускул не дрогнул. Совершенно спокойная, явно со спортивными навыками ведения рукопашного боя. Савва мотнул головой. Вопросы о личности Татьяны Морозовой множились. Он решил не подавать вида. Несколько глубоких вздохов, чтобы успокоить плоть, прежде чем повернуться. Наглая ухмылка появилась на рельефных губах. В глазах ленивый блеск.