Книга Твоё сломанное чудовище, страница 27 – Евгения Ник

— Ильма, открой мне дверь, маленькая, – Вадим говорит притворно спокойным голосом.

— Оставь меня в покое, пока я не… Я вызову полицию! – срываюсь, повышая голос.

— Ой, да? А знаешь, давай! – бросает со смешком. – И что ты им скажешь? Ильма, помни: мы – семья. И если будет тонуть один… он утащит за собой остальных. Пожалей свою мать.

Молчу. Он тоже.

А потом… Он грохает кулаком по двери с такой силой, что я вздрагиваю, а сердце подпрыгивает к горлу. Ещё удар. Сажусь на пол, прижимаясь спиной к боковой стенке стола, и упираюсь ногами в пол. Нет. Он не сможет зайти. Не получится. Прижимаю лоб к коленям, зажмуриваюсь и закрываю уши. Теперь всё, что я слышу это свой собственный пульс.

Не знаю, сколько я так сижу. Может, пару минут. Потом осмеливаюсь и убираю руки, прислушиваясь к звукам за дверью.

Тишина.

Глухая, гнетущая, заставляющая на полную раскручивать мою фантазию.

Он ушёл? Или просто замер за дверью и ждёт, когда я выйду?

Медленно позвонок за позвонком, отрываю спину от стола, выглядываю из-за него. Стараясь двигаться бесшумно – встаю на колени, цепляюсь за стол и поднимаюсь на ноги.

На носочках подкрадываюсь к двери, задерживая дыхание. Прижимаю ухо к прохладному дереву. Ничего. Хотя нет. Ключ в замке. Щелчок. А после быстрые шаги, хлопок двери и шум воды.

— Я дома! – раздаётся голос мамы. Звонкий и весёлый.

Перевожу взгляд на баррикаду. Тут же бросаюсь к ней, отодвигая стол обратно. За этим меня и застаёт мама.

— Ильма? Что ты делаешь? – спрашивает, заглядывая в дверной проём. Её взгляд скользит по комнате – по столу, по сдвинутому стулу, по полу. На мне он задерживается всего на секунду. – Что это? – Распахивает дверь шире и проходит.

— Решила перестановку сделать, – выдавливаю из себя хриплым голосом, прочищаю горло. – Надоело.

Мама медленно кивает. Ведёт пальцем в сторону окна и говорит:

— Поставь туда, я давно тебе говорила, что там для него самое лучшее место.

— И здесь неплохо, – говорю, делая последний толчок, передвигая стол к стене.

— Вот же упрямая, – качает она головой, выходя из моей комнаты. – Ужин будет примерно через час.

И уже на ходу добавляет:

— Я курицу замариновала ещё с утра, как ты любишь.

Стою, слушая, как её шаги становятся все тише, теряясь где-то в глубине дома. Подхожу к двери, выглядываю в коридор, а потом закрываюсь. Так спокойнее.

Ложусь на кровать, забираясь под одеяло, и прокручиваю всё, что произошло за последние полчаса. И сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Мне снится прошлое...

День рождения

Неизменный запах столовой и мокрой одежды в раздевалке садика. Бабушка закутывает мне шею шарфом, так туго, что тяжело дышать – я морщу нос, но терплю. Сегодня особенный день. Мне исполнилось шесть лет. И я жду подарков.

Всю дорогу до дома иду в предвкушении, а потому не жалуюсь, что устала. Наоборот, ноги сами несут меня вперёд бабушки.

Спустя пятнадцать минут мы подходим к дому. Я смотрю в окна и не могу понять, почему не горит свет. Неужели никого нет?

– Мама с папой ещё на работе? – поднимаю голову, чтобы заглянуть бабушке в лицо.

– Да, родители сегодня задерживаются, Ильма, – отвечает она, открывая передо мной дверь подъезда.

Глаза начинает жечь, а щёки загораются – появляется нестерпимое желание заплакать. Но я иду, считая каждую ступеньку. Почему-то всегда так делаю.