Книга Твоё сломанное чудовище, страница 131 – Евгения Ник

Но я не могу о нём рассказать. И вряд ли когда-нибудь смогу.

Слишком стыдно, унизительно и грязно.

А ещё потому что знаю, что произойдёт, если я всё расскажу. Аким его убьёт. И как бы сильно ни желала ублюдку отчиму всего самого ужасного и мучительного, но я не хочу, чтобы Ким связывался с ним. Не хочу быть спусковым крючком, который превращает его в зверя. Потому что я только-только начинаю видеть в нём и другое. Не только тьму, но и проблески света. По крайней мере, по отношению ко мне.

— А если не захочу рассказывать?

— Тогда не расскажешь, – отвечает спокойно, поглаживая пальцами мой позвоночник.

Чувствую, как от этого простого движения по коже разбегаются мурашки. Он словно пытается запомнить каждую косточку, каждый миллиметр моей кожи.

— И ты не будешь спрашивать?

— Не буду, – целует меня в макушку. – Я уже понял, что с тобой нельзя так. Ты не терпишь давления. Так что если захочешь – скажешь. Если нет – рано или поздно я сам догадаюсь. Не тупой же.

От его слов становится легче и в то же время тяжелее. Что, если он действительно догадается?

Нет. Это невозможно. А отчим вряд ли когда-нибудь себя выдаст. Да и момента больше нет и не будет.

Этот секрет медленно догниёт внутри меня. Пока окончательно не исчезнет.

Поднимаю голову, смотрю на Акима. Мне кажется, сегодня даже черты его лица мягче, чем обычно.

— Ты странный, – шепчу, хмурясь.

— Кто бы говорил, – усмехается. – Мало того что сама пришла ко мне, так ещё ведёшь себя как кошка. Так что я лишний раз даже пошевелиться боюсь. Вдруг проснусь, и всё исчезнет.

От этих слов моментально вспыхиваю и пытаюсь сползти с него, но Ким меня не отпускает.

— Нам позавтракать надо, – почти шепчу, чувствуя неловкость.

Молчит. Только носом ведёт по моим волосам, виску, втягивая их запах.

Как же всё странно между нами. Всё так неровно. Кажется, я иду по битому стеклу – то остро режет до крови, то вдруг на мгновение становится мягко, словно ступаю по пуховому одеялу.

Смотрю на него. Ещё недавно он был для меня чудовищем из того дня, когда я по своей глупости попала на тусовку, где впоследствии никто не выжил. Из-за него не выжили. И того парня, который был с ним.

По какой-то причине Ким забрал меня оттуда. Спас? Наверное. Хотя тогда мне казалось, что он тупо перенёс меня из одного ада в другой.

Я никогда не забуду его глаза в тот день. Ледяные. Пустые. Мёртвые изнутри. И только когда наши взгляды столкнулись, в них внезапно вспыхнула искра – откровенно похотливая.

А спустя месяц, когда мы впервые встретились в стенах университета, в его взгляде горело уже совсем другое.

Только одержимость.

Голодная. Тёмная. Почти безумная.

Настолько плотная и тяжёлая, что кровь застывала в венах. Словно за этот месяц он уже тысячу раз мысленно сделал меня своей. И теперь он просто пришёл забрать своё.

Я ненавидела его и боялась.

А сейчас сижу у него на коленях и не хочу никуда уходить.

Как так вышло?

Не знаю…

— Почему я? – срывается с губ. Отстраняюсь. Всё внимание на него.

Его рука замирает на моей пояснице. Кадык дёргается – он сглатывает. Потом долго молчит. Думает.

— Потому что, когда я смотрю на тебя…

Ким берёт мою руку и прижимает к своей груди.

— У меня ёбаный отбойный молоток вместо сердца. Оно колотится так, словно хочет проломить рёбра и вывалиться к тебе. Чувствуешь?