Книга Твоё отбитое чудовище, страница 28 – Марика Маршалл

— Отлично.– выдыхаю я и, взяв рюкзак тенью, проскальзываю вдоль стены к палате Адриана. – Адриан, – прикрыв за собой дверь, зову парня, и он открывает глаза. – Ты как?– подхожу к его кровати, и парень распахивает глаза.

— Пришла, – хмыкает он.

— Я обещала, – улыбаюсь и, достав из кармана отмычку, которую мне дал Лис, начинаю открывать его наручники. – Всё готово, Лис поможет нам, но нужно действовать очень быстро, – тараторю, открывая замок на втором наручнике, и выпрямлюсь. Адриан крутит освободившимися запястьями, растирает руки, садится на кровати, а, потом встав на ноги, смотрит на меня просто звериным взглядом, и в следующее мгновение я оказываюсь прижата к стене.

— Кто ты такая?– рычит Адриан мне в лицо, давя рукой на мою грудь. – Это он тебя подослал?

Пялюсь в ебучий потолок после ухода Евы, которая всадила мне очередной укол с самого утра, чтоб эти твари не хуйнули мне то дерьмо, которым пичкали меня всё это время.

На какое-то время проваливаюсь в сон, других развлечений у меня больше нет и опять тону в своём аду, который на этот раз играет другими красками.

Новая картинка и на этот раз я слышу ругань отца и мамы, в тот злоебучий день. Не выдержав крика, выхожу из своей комнаты и пытаюсь их разнять, когда отец уже вцепился в её плечи мёртвой хваткой. Гримаса боли явно отражается на лице матери, ору на отца, дёргаю его за руку и тот с размаху пытается оттолкнуть меня, но сила его толчка приходится на мать и она летит вниз.

Испуганный крик мамы звенит в ушах, а потом и мой собственный. Хочу ломануться к ней, но отец, развернувшись, бьёт мне в живот, а потом мне прилетает по голове, и я проваливаюсь в темноту.

— Я сам, – разносится незнакомый голос в палате, и я распахиваю глаза. Передо мной стоит врач, а из палаты, оставив шприцы на тумбе, выходит медсестра, лица которой я не вижу, лишь тёмные волосы, заделанные в шишку. Ева? Но она говорила, что придёт только вечером. Обманула?

— Не рановато?– спрашиваю, смотря на врача, который берёт в руку шприц, тот переводит взгляд на меня и смотрит внимательным и цепким взглядом.

— По расписанию, – отвечает и склоняется к моей руке, которую я пытаюсь увести в сторону, но ничего не выходит из-за долбаных наручников. – И чего это мы такие бойкие стали?– произносит врач и раскрывает мне сильнее глаза, своими ледяными пальцами. – Очухался, что ли?– словно разговаривает он сам с собой.

— Пошёл на хер, – выплёвываю ему в лицо, на что тот лишь ухмыляется и ставит мне укол.

Паника накатывает сразу же. Сука, если он воткнул ту дрянь, сейчас опять начнётся ебаный ад. Не хочу!

— Отдохни, приду попозже, – ухмыляется сволочь и выходит из палаты, а я смотрю на парящий надо мной потолок и вскоре отключаюсь.

Реальность возвращается долго, в палате сумерки, приходил ли врач, я не знаю. В голове туман, но не такой, как в первые дни, когда я понимал, что меня травят. Башка трещит, в горле пустыня, руки трясутся. Вслушиваюсь в тишину и изображаю спящего, когда слышу щелчок двери.

— Адриан, – раздаётся в палате голос Евы, но я не подаю виду. – Адриан, – зовёт она, и я распахиваю глаза. – Ты как?– спрашивает она, стоя возле меня.

— Пришла, – хмыкаю, смотря на неё. Док подослал её?

— Я обещала, – улыбается та и, достав из кармана отмычку, начинает расстёгивать мне наручники. Уже не верю ей, и то, что она хочет помочь. Кто она вообще такая и почему появилась в моей жизни? – Всё готово, Лис поможет нам, но нужно действовать очень быстро, – радует, открывая замок на втором наручнике, и выпрямляется. Кручу освободившимися запястьями, растираю руки, сажусь на кровати, а потом встав на ноги, налетаю на неё, собрав последние силы прижимаю ее к стене.